Оттиски «Война»

Война — проект, исследующий образ второго всадника Апокалипсиса через столкновение архаичного мифа и современной медиасреды.
Война представлена одновременно как физическое разрушение и как медиальный
образ, который упрощает сложную систему конфликтов до набора узнаваемых символов. Через плакатные изображения оружия, флагов работа исследует, как современность превращает войну в систему визуальных ярлыков, затрудняющих осмысление её реальной природы. Работа — часть коллекции «Всадники Апокалипсиса».

Постепенно в нашу жизнь фрагментарно проникают части мифов, которые становится все сложнее игнорировать. Эти мифы абсолютно классические и самореференты, они постоянно повторяются в истории, от того они и мифы. Однако в истории еще никогда не было такой квинтэссенции воплощения этих призраков в физических телах как в современности. Наше время может совмещать тысячу мифов одновременно за счет медиа напряженности, глобализации, а также врожденная медиавосприятие у современных людей.

Медиа просаживает мифы не только через печатные издания, но и через тв,
рекламу, кино, искусство, политику, любую фешн-индустрию. При этом миф становится очередным бесконечно множившим себя конвейером, подобно описанию призраков Жака Деррида, миф перестал создавать новые, он лишь множит те, что уже были ранее и так с развитием медиа все более и более. Но в современном мире начал особенно выделяться миф, который так легко не воспроизвести из-за вопросов архаичности и гуманности — библейский миф о 4 всадниках Апокалипсиса. Даже
люди далеки от библии стали замечать как в их жизнь проникает сначала Голод (инфляция и санкции), потом подобралась Война и совсем недавно, возможно самое архаичное из всего — Чума (в Иркутске).

На подходе только смерть, которой по ощущением остается лишь обрести телесное воплощение, чтобы миф не просто явил себя в какой-либо новой форме, а явил себя в исконной, архаичной форме.
Поэтому наша работа, которая посвящена 4 всадникам апокалипсиса
затрагивает вопросы мифологизированности, а также работает с медиумом: материальным проектом коллекции будет воплощение Пира во время Чумы, то есть салфетки с отпечатанными атрибутами войны, чашки с атрибутами чумы, тарелки с символами голода и скатерть с фрагментами символов смерти.

Это подсвечивает как вопрос об историчности, то есть вопросов коллективной памяти мифа, насколько ужасный миф может повториться или он умирает в памяти. Этот вопрос ставят наши проекты, которые созданы для пира, но возможен
ли этот пир с подобными артефактами прошлого?

Война в мифе о четырех всадниках не конкретная война и не конкретный враг, а само возвращение человека к состоянию конфликта, которое история каждый раз пытается объявить пережитым, но которое снова возникает в другой форме. Если Чума проникает в современность как невидимая система распространения,
то Война является ее противоположностью, она всегда стремится обрести тело. Материализуется в оружии, границах, униформе, разрушенных зданиях, человеческих телах.

Но одновременно с этим современная война существует и как медиальный образ: фотография, прямая трансляция, новостная лента, пропагандистский плакат,
кинохроника. Бодрийяр бы переосмыслял второго всадника апокалипсиса сейчас как очередная система, но уже переложенная в медиа, но то, что мы наблюдаем в реальности являет собой архаичный вид войны, как и архаичный вид чумы, который вырывается из ампулы в Иркутске, она имеет отличия.

Чума вырывается из разбитой ампулы, а не передается через крыс, также и война больше не исключительно братоубийственная односложная система, а антигуманистическая система из множества пост-модернистских систем и медиумов, их бесконечное количество и теперь уследить за ними является
невозможной задачей.

Поэтому в своем проекте мы концептуализируем войну через простые плакатные символы стволов, пушек, ядер, и флагов, ведь именно так переосмысляет войну эпоха пост-модерна, медиа, интернета и пост-интернета, когда нет возможности разобраться в бесконечно огромной системе ее заменяет ограниченное количество ярлыков этой системы.