Боксерская груша — материал аккумуляции точечной агрессии.
Тело груши без лица и имени рассматривается как образ угнетенного, готового к перерождению через распад. Его деконструкция через разрезание и потрошение отсылает к ритуальному жертвоприношению; позволяет освободить объект от рамок «угнетатель — угнетенный»; буквально раскрыть его, обнажив и продемонстрировав его самоценность, сняв слой защиты.
230×98см > 75кг// 173×118см > 80кг// 273×140см > 115кг// 230×102см > 75кг// 225×130см > 100кг
> каждая груша должна была весить соразмерно весу взрослого человека > быть соразмерной ему «ростом» > иметь кожаную отделку
«Когда разрушается действительность, сам этот разрыв в целом гораздо более радикален, тут рвется каждый нерв, а разрыв, рассматриваемый именно как разрыв, уже содержит в себе некую завершенность; когда же разрушается возможность, минутная боль может быть не столь велика, однако такой разрыв очень часто оставляет в целости и неприкосновенности какую-нибудь тоненькую связку, которая становится затем постоянным проводником длящейся боли»
> Серен Кьеркегор
Обезглавить то, что не имеет головы. Благодаря глаголу оно попадает в язык. Обезглавливание — высказывание — становится телом. Видеть надрез, который повествование проводит между глаз.
Два этапа — один для профилактики, другой для чистоты.
Протестность, разрушающая тело угнетателя и тело угнетенного одновременно. Событие — вынос участника действия вовне. Надрез — обретение определенного артикля the. Концепция становится институцией, протест обращается в сцену.
Удар обращается в средство угнетения; надрез — в право на высказывание.
