Memory/oversaturated

В основе серийного проекта Memory/Oversaturated лежит исследование бытовой мобильной фотографии. Материалом стали скриншоты лент смартфонов, заимствованные у более чем 50 человек — тот цифровой архив повседневности, который все мы регулярно пополняем. Обращаясь в своей практике к фотографии как точке видимости различных культурных феноменов, художница рассматривает массив «фотопленок» мобильных телефонов как ландшафт коллективной цифровой памяти.

Практика бытового фотографирования выполняет функцию документации и легитимизации: снял — значит, достойно сохранения в памяти. Таким образом, она не только фиксирует происходящее — но и конструирует коллективное «фотогеничное». А также формирует наши привычки, задает определенную визуальность и трансформирует воспоминания. 

В мире, где смартфон стал внешним накопителем памяти (по аналогии с термином extended mind), внимание расщепляется, а визуальные следы накапливаются со скоростью, превышающей возможности осмысления. Беспорядок здесь не просто побочный эффект — он становится самой структурой восприятия, способом фиксации и взаимодействия с реальностью.

В серии «Хрупкое» задействованы скриншоты, на которых часть данных оказалась утеряна. Фрагменты массивов препарируются одновременно случайным технологическим сбоем и кадрированием автора. Вторя конструктивному и отрывочному характеру памяти, срезы обнажают ее неустойчивость и хрупкость, а также поднимают вопрос о личном пространстве: возможности цифровой памяти быть просмотренной другими людьми.

Проект реализован при поддержке Центра художественного производства «Своды», декабрь 2024

В процессе исследования были выявлены закономерности визуального выбора: большинство скриншотов содержат большие фрагменты синего и зелёного — следы многократного документирования пейзажа. Путешествие, прогулка, переезд почти всегда сопровождаются фотографированием окружающей среды. Пейзаж становится не просто эстетическим объектом, а актом внутреннего ориентирования — визуальной опорой, следом пути, воспоминанием о точке, в которой ты когда-то «был».

В серии LANDSCAPE пейзаж представлен не как наблюдение изнутри пространства, а как его образ, отражённый в цифровой памяти — фрагментарный, срезанный, лишённый глубины. Мы видим не саму природу, а её след в чьей-то визуальной привычке, взгляд на чужой взгляд. Экран смартфона становится не просто рамкой, но порогом: границей между телом и образом, между личной памятью и тиражируемой визуальностью. Это визуальные фрагменты перемещения, попытки «захватить» территорию и оставить в себе её след.

Сам акт фотографирования можно рассматривать как жест присвоения — попытку сделать нечто своим, понятным, удержанным. Однако в условиях цифрового избытка эти образы часто лишаются конкретики и приобретают обобщённую, символическую форму. Это не пейзаж конкретной страны или воспоминание о конкретном доме — это визуальный код состояния поиска, дистанции, временного укрытия.

Книга художника представляет собой арт-объект — многосоставную архивную папку с несколькими фотокнигами/зинами, тиражным отпечатком размером 30×42 см и лупой. 

В зине Registration документируется каждый полученный «фрагмент памяти» (включая данные о владельце, которые помогают исследовать закономерности коллективной памяти; или такие параметры, как утерянные данные/запрос на размытие личных данных).

В зине в формате лепорелло Fragility говорится о хрупкости цифровой памяти, о возможности ее утраты. Лупа ставит перед аудиторией этический вопрос, показывая, что цифровая память может быть украдена и просмотрена другими людьми.

Фотокнига Fragments[28] включает в себя крупные планы из фрагментов памяти (по 28 снимков в каждом) и отсылает к единству и разнообразию коллективных фотогеничных образов.

Проект исследует, как стыд формирует восприятие тела и визуальные практики саморепрезентации — особенно в тех формах, которые исторически сопряжены с внешним контролем, как это происходит в отношении женского тела. Художница обращается к мобильной фотографии как к повседневному полю формирования визуальной субъективности: здесь тело одновременно фиксируется, корректируется и скрывается.

Основным материалом стали скриншоты фотогалерей более 50 респонденток. В этих архивах были найдены изображения, не предназначенные для демонстрации: фрагменты тела, неудачные ракурсы, «неподобающие» жесты. Эти образы оказались исключены из публичной сферы — забыты, вытеснены, стёрты. Они становятся метафорой множественного «Я»: того, которое не утверждается социально, но сохраняется в визуальной памяти и личной мифологии.