Космическая тематика и пришельцы в мультипликации СССР

Анимацию редко когда отделишь от течений и волнений общества, в котором та создавалась. Тематика космоса и взаимодействия человека с ним в мультипликации СССР занимала особое место, напрямую отражая как научные достижения, так и общественные настроения эпохи. В условиях холодной войны и космической гонки сверхдержав, курс медиа-машины СССР был ясен:

В данном визуальном исследовании я рассмотрю, как представлены научно-фантастические образы в анимационном кинематографе СССР, с 20х по поздние 80е годы 20-го века, как могло графически меняться представление о космосе и о его жителях. Прослежу, где активно демонстрировались идеи, связанные с космическими путешествиями, начиная с сюрреалистичных пропагандистских плакатов и завершаясь достаточно глубокими и трогательными сагами о человеческой морали во вселенной.

Через разные произведения авторы по-своему отвечали на вопрос: и все же, что делать с загадочным космосом — покорять, приручать или жить в симбиозе?

1. 1920-е годы: «Межпланетная революция»
2. 1950-е годы: «Путешествие на луну»
3. 1970-е годы: «Новеллы о космосе» «Загадочная планета» «Контакт» «Фаэтон — сын Солнца»
4. 1980–90-е годы: «Тайна третьей планеты» «Перевал»
5. Вывод

1920-е годы в истории СССР были достаточно нестабильны. Сравнительно недавняя революция, образование нескольких республик на территории Российской империи и их объединение в 1922-м. Со стороны гос. органов стояла задача — подавить внутренние недовольства и создать новый пропагандистский образ — советского гражданина, рабочего класса, который смог победить застоявшийся буржуазный слой.

Передать мысль для не излишне начитанного населения бывшего имперского строя можно при помощи яркой, привлекающий внимание картинки. Это можно наблюдать в плакатах данного периода (20-30 года), бруталистических, использующих минимум цветов — преимущественно оттенков красного и бордового. На картинках видны образы человека, иногда стилизованные силуэтные, иногда коллажные вырезки фотографий. В дополнение к ним — чёткие контуры и острые фигуры. Это графическое направление перетечёт и в интересующие нас творческие промышленности.

С точки зрения кино и зарождающейся ветки анимации, стоит затронуть Межпланетную революцию Юрия Меркулова, Николая Ходатаева и Зенона Комиссаренко.

Это черно-белый мультфильм, созданный — он был наиболее близок к кукольно-марионеточному, чем к полностью рисованному «из кадра в кадр». В целом, это способ создать движущиеся картинки без узкоспециализированных приспособлений. Картинка графичная, местами гротескная и угловатая, по настроению соответствует ранее упомянутым плакатам.

С агитационной точки зрения — простой сюжет, про мировую революцию, что соответствует настроение того времени (или настроение которое власти хотели создать). Остатки земной буржуазии спасаются в космос, разлетаясь по разным планетам.

В данном мультфильме космическое пространство скорее изображается как абстрактный образ того, что преград для пролетарийской революции нет, и что люди способны распостранить этот «огонь» на самые далёкие планеты.

С 1957 года (считается, с запуска первого искусственного спутника Земли) стартовала космическая гонка между СССР и США.

В данный временной период берёт основной разгон сай-фай для большого экрана, уже не агитационный, скорее, моралистический и с надеждой смотрящий на светлое будущее. Что интересно, помимо известной кинофантастики 50х (Планета Бурь; Петля Ориона и другие), медиа-развлечения также бывали и чисто фэнтезийные, будь то экранизации сказок или рассказов отечественных писателей — что было более характерно для мультфильмов.

Обратим внимание на «Полёт на Луну» 1953-го года, под режиссёрством Валентины и Зинаиды Брумберг. Предвосхищая полёт человека в космос (который свершится через восемь лет, в 1961), картина фантазирует о миссии героев-детей на луну за спасением человека, застрявшего на спутнике земли. Можно также считать этот мультфильм неким анимационным ремейком картины 1935 года, мосфильмовского «Космического рейса».

Стиль картины живописный, натуралистический, с применением ротоскопа — характерные черты для того времени. Это уже проработанная манера Союзмультфильмовской школы (основанной в 30-е годы), не первые шаги, но далеко и не венец прогресса индустрии. Он достаточно неспешен, медлителен, даёт много времени для отыгрыша персонажей — в целом, снят как театральная постановка, только рисованная. В облике научно-фантастического сюжета смотрится непривычно, ожидаешь немного иной «отыгрыш» сцен и действия внутри них — как будто бы чуть более энергичный, чем-то что есть на деле. Однако сделаны они в той же манере, как и фильмы-сказки, поэтому не выделяются своей космичностью — и так довольно редким зрелищем в период советской анимации 50-60х.

Итак, видение авторов — в том, что именно человечество стремится населять галактику, исследовать просторы космоса, а на этом пути терпит неудачи и превозмогает их. Преподаётся это в довольно легкой познавательно-нравоучительной форме. Здесь — красочный мультфильм для юной аудитории, как и его сказочные фентези-коллеги данного промежутка.

С 1970-х, можно сказать, произошел некий ренессанс советского сай-фая (не смотря на трагедию Союза-11 в 1971-м). В эру «политического застоя» активно повышался уровень образования населения, а с ним и культурный слой. У поколений появились большие надежды, а из этого — стремления к просвещённому «космическому», что отражалось на творчестве периода. Значимыми образцами из «живого» кинематографа стали «Москва-Кассиопея» и «Чрез тернии к Звездам», снятыми под режиссурой Р. Викторова.

Со стороны анимации, наблюдается уже значительно больше примеров картин на интересную нам тематику.

Обратим внимание на «Новеллы о космосе» 1973 года, созданный под режиссурой Льва Атаманова.

Действите разбито на три кратких этюда. Сюжетно наблюдается перенос событий какой-то обыденности на необычный сеттинг, выполненный в лёгком юмористическом ключе. Тут и космическая пробка, и робо-девочка, прыгающая на скакалке, и космонавт, опаздывающий на ракету.

В данном мультфильме наблюдается уже совсем другая стилистика — наследник атомик-эйдж мультфильмов из американской ветви анимации. Как бы ни был самобытен продукт «союзмультфильма», нельзя сказать что не было элементов заимствования — профессионалы делятся опытом, и часто подсматривают за успехами друг друга. Здесь и персонажи, и задники — простые динамичные формы, при этом анимация резкая, выполненная в покадровой классической технике на целлулоиде.

В целом, все герои из данной картины достаточно стилизованные, в том числе человечки, и при этом выглядят достаточно дружелюбно. Представлено разнообразие вселенских жителей — роботы, абстрактные полоски, магический йог в скафандре. Сами люди тоже выглядят условно и вполне вписываются в эту группу.

Жизнеформы перешучиваются между собой, помогают друг другу, а потом расходятся по своим делам — вот такое милое космическое сообщество.

В идее прослеживается утопическое желание к «миру во всем мире». Ведь где-то там, во вселенной, живут похожие на нас существа, и рутина у них тоже похожа на нашу, так что человек в космосе не будет чужд.

Двигаясь дальше, годом позже, творческим объединением «Экран» была выпущена «Загадочная планета» 1974, режиссёра Бориса Ардова. Это огонёк более разнообразной фантастики, уже не похожей на экскурсию в музей.

История мультфильма всё также берёт начало на земле, где мальчик запускает совего робота в космос, разобраться с местными проблемами, но само действие происходит уже совсем в ином мире — на планете Тарий. По сюжету фильм достаточно оптимистично-наивный (отголоски той самый мечты об утопии), где есть добро и зло, а зло обязательно в конце концов побеждают.

Выполнен мультфильм в перекладочной технике, с миловидной стилизацией, подобной иллюстрациям в детских книжках; однако, не слишком гладкой картинкой в действии — зрителя может отпугнуть вид анимации с резко отличающимися друг от друга фреймами, но, все же, этот способ анимации был дешевле рисованной, особенно для дебюта сравнительно малоизвестной в плане кино-сотрудничества писательницы Ирины Токмаковой. Хочу заметить, несмотря на некую топорность, у персонажей довольно интересные и приятные глазу дизайны — цветочный дракон с подвижной шеей, существо, которое может менять форму, и главный злодей — ожившая клякса плесени.

Главный герой, попавший на планету — можно считать вкраплением известного в сай-фай медиа сюжета про разумного ИИ/робота, которого условно надо научить добру и красоте.

В дополнение — маг как главный злодей против героя-инженера/пионера действительно являлось сюжетным тропом в мультипликации СССР, как бы служа аллегорией к продвинутому советскому человеку, который своими технологиями одолевает всяких шарлатанов и волшебников (и, возможно, религиозных символов). Тут, конечно, можно провести параллель с самыми первыми анимационными агитациями ранее затронутых 20х, и мы видим, что элемент нравоучительства, всё же, из картин никуда не делся.

«Контакт» режиссёра Владимира Тарасова (1978 год) — достаточно известная работа, в основном благодаря своему неординарному визуалу. Однако, и она не лишена смысла.

Фильм повествует о художнике, который сталкивается с внеземным гостем, налаживая с ним контакт при помощи музыки.

Чем интересна эта работа в плане картинки — это миксование нескольких способов и приёмов анимации, их взаимодействие. Первым в кадре появляется элемент коллажа — перекладочные насекомые и цветы. Затем появляется главный персонаж, анимированный покадрово, частично при помощи ротоскопирования. Третьим показывается и сам пришелец, перемещающийся резко, из кадра в кадр, а также можно заметить фейд между кадрами в качестве нерисованных переходов.

Инопланетянин выглядит как аморфная разноцветная клякса, способная менять свой облик. Его зрачки бешено вращаются, а на лицевой части нельзя прочитать ту или иную эмоцию — вот и трудности с коммуникацией. В целом, визуал чем-то походит на мираж, или галлюцинацию, но такой гость не лишён своей харизмы.

Важной деталью для контекста создания мультфильма стоит упомянуть пацифисткие настроения конца 70х, неизбежно проникших и в общество СССР.

Более свободное, порой открыто странное и неординарное — такое совершается анимационное творчество эры; А конкретно в нём уже можно провести параллели между сюрреалистичным визуалом мультфильма и вполне реальной мыслью: из любого непонимания можно найти общий язык, не смотря на внешние, культурные, или даже межпланетные различия.

Стоит упомянуть также короткометражку «Фаэтон — сын солнца», вышедшего годами ранее вышеупомянутых — 1972 года, режиссера Василия Ливанова.

Самопровозглашённый фильм-гипотеза, эта кинокартина создавалась во многом с оглядкой на прошлые, более мечтательные творения. Также немалую важность в нём играет мифологический аспект, ведь имена планет Солнечной системы преимущественно связаны с Римским пантеоном. В картине, можно сказать, связаны две линии — отвлечённое рассуждение со стороны и внутреннее повествование.

Получившийся флёр фентези-фантастики — непривычный в воплощении мультфильма.

Визуал порой несвязный, с резкой сменой стилистики, местами схематичен. Мифологические элементы более живые и абстрактные, с цветной графикой по черному фону, выполненной несколькими слоями. Другие же сцены минималистичны и условны, футуристичное белое пространство с обтекаемыми формами. Рисованный человек в таких кадрах кажется совсем крохотным. Моментами можно увидеть композ кадров на исторические фотографии, будь то сфинксы или моаи-головы — это как бы прерывает основной видеоряд.

Люди анимированны покадрово, в основном представлены как одинаковые силуэты в цветокоординированных скафандрах. Древнее человечество выполнено в стиле под стать наскальным изображениям. Сами предположительные фаэтонцы же — белые антропоморфные фигуры, как будто не имеющие веса и парящие в пространстве.

Итак, во многом «Фаэтон» — это фильм-рассуждение, местами сумбурный, воспринимающийся как довольно авторский поток сознания. В картине есть и элементы клишированной познавательности, и поэзии, и «ностальгии по будущему» 60х, а также сюрреализма, стилистически напоминающего известные кинофильмы «Солярис» (одногодка из 1972), и «Одиссею 2001 года» 1968-го.

80е годы в СССР оказались более окрашены общественным цинизмом, частично из-за политического застоя (звонок начала развала партии в дальнейшем десятилетии). Тем временем, совсем близко — конец холодной войны.

А вот развлекательная индустрия имела успех, телевидение было популярно совсем массово, а увлечение кинофантастикой продолжало расти — в том числе благодаря новым медиа-технологиям.

Цензуру со стороны гос.учреждений сравнительно ослабили, а это дало поводы для более сложных (сюжетно и идейно) кинокартин.

«Тайна третьей планеты», выпущенная в 1981-м (режиссёра Романа Качанова) — мультфильм можно считать спейс-эйдж детективом. Картина основана на романе Кира Булычёва.

Герои анимированны в традиционном покадре, хотя при разработке изначально планировался преимущественно ротоскоп — соответственно, пропорции их более близки к реализму, но со стилизованной мимикой. Образы инопланетян из второго плана/массовки также хочется рассматривать отдельно; среди обитателей своеобразные формы и разные стили движения, некоторые похожи на зверей и птиц, другие на ракушки и консервные банки. В них четко обозначена линия между «чуждым» и знакомыми человеческими чертами и повадками, прибавляющая внешности обаятельности.

Фоны красочные, разнообразные, местами имеют искажённую перспективу и напоминают картины сюрреалистов. Каждая планета выглядит по-новому, имея свои географические черты и атмосферу.

Это детализированные миры, которые смотрятся органично, несмотря на нарочитую странность, картинка цельная, герои не выглядят лишними или непрошенными гостями даже в самых неординарных местах.

Стезя фильма — спекулятивная фантастика, достаточно свободная от конкретного политического посыла. Конечно, угадываются личностные стремления к идеализации и утопии, но это уже далеко от прямых агитаций. Фантастический сюжет, всё же, благодаря приземлённости персонажей, обладает своим реализмом.

Во многом — это наследие первых мечтательных мультфильмов, преподносивших космос как пространство, полное загадок и возможностей. Здесь уже человечество комфортно сосуществует, но все еще заинтересовано в исследовании. Читается надежда что «когда-нибудь» и нас ждут межгалактические путешествия, цивильный контакт, интеграция и сотрудничество.

С другой стороны, благодаря бóльшей авторской свободе, создавались и сравнительно мрачные картины менее широкого охвата.

Перевал (1988) — научно-фантастический фильм Владимира Тарасова. Картина также снята по другому произведению Кира Булычёва, но по тону разительно отличается, во многом благодаря своему визуалу.

Здесь люди показаны уже скорее как жертвы космических условий, застрявшие в чужом мире без возможности вернуться домой на Землю.

Бросается в глаза ограниченная цветовая гамма мультфильма — всегда царит дискомфортный полумрак. Окружение — бесконечные скалы, пустыни, и при этом мир вокруг героев достаточно зыбок, что создаёт ощущение изолированности.

Первонажи часто показаны крупными планами, где тенью гротескно очерчена каждая деталь лица. Местами изображения имеют угольную текстурность. Дети, напротив, выглядят более мультяшно, чтобы подчеркнуть их незнание и наивность.

Формы жизни — преимущественно враждебные — абстрактны, мало напоминают животных, многие скорее походят на кляксы с зубами или просто выдернутые фрагменты темноты планеты. Действия с ними сопровождаются хаотичной нарезкой и мерцанием. Более образные, дружелюбные пришельцы выглядят массивными, имеют множество глаз или других конечностей.

В развернувшемся сюжете есть элемент космической романтики — как бы, человек тут не часть мира, а против мира, и есть личностная часть страха, что вселенная безразлична к людям. Здесь, как и в «Тайне третьей планеты», тоже есть наследие мультфильмов поздних 60х, в основном выражающееся в ощущении «миража» и трансформативности образа человека и пространства.

На период 90-х был запланирован выход полнометражной, расширенной версии мультфильма — которого, увы, не случилось.

Таким образом, космос в мультипликации СССР символизировал различные рубежи для человечества.

Течения в обществе, мечты и стремления будут отражаться в мультипликации времени, будь то стилистически, (навеянные движениями искусства), или идеалистически (заложенного в произведение посыла). В нестабильную эру — нужно донести более вдохновляющие или побудительные мысли, призывающие к народному единству. Это зов к прогрессу, полёту научной мысли, предвосхищение будущих открытий. В дальнейшем для людей предпочтительнее был успокаивающий утопический оптимизм; на почве развивающегося культурного слоя уже возникали более сложные сюжетные произведения.

Конечно, и после развала СССР стремление к звёздам никуда не делось, однако сейчас оно скорее относится к «фантазиям», что-то, о чём думают в основном люди творческие. Хоть технологии все более и более совершенствуются, и изучение далёких планет зондами не прекращается — желание «покорять галактики» будто бы сравнительно угасло со стороны как промышленной, так и общественной.

Объясняется это достаточно просто — холодная война уже давно окончена, а космос для корпораций — это не выгодно. После развала СССР индустрия анимации пришла в абсолютный упадок, и долгое время людям было вовсе не до подобных мыслей.

С другой стороны, в наше время ветвь сай-фая по всему миру крайне развита и многообразна, а авторская 2д и 3д-анимация достаточно свободна от цензуры, чтобы создавать интересные личные произведения в фантастической тематике, в свою очередь, вдохновляясь кинокартинами прошлого века.