Послевоенный СССР строил образ мирного будущего на фоне реального восстановления, мобилизационной экономики и холодной войны. Социокультурно это время массовой урбанизации и расширения системы детских учреждений (садов, школ, кружков), где воспитание снова было государственным проектом. Игрушка должна была быть полезной: обучать практическим навыкам, моделировать «правильные» профессии и социальные роли.
Воспитательная игра «С утра до вечера» в журнале «Мурзилка», 1950-е (7)
Деревянная игрушка «Регулировщик», 1950-е (8) Резиновая игрушка «Регулировщик», 1950-е (9)
Экономический контекст задавал двойственность: с одной стороны — рост производства и технологическая модернизация, с другой — хронические перекосы плановой системы (дефициты, неравномерное распределение, ограниченная вариативность). Поэтому важно было создать не столько новые игрушки (такие как игра «Автоперекресток», которую можно было очень редко встретить), сколько стабильные массовые решения: мягкие игрушки (культ плюшевого медведя), заводные механизмы, первые широкие эксперименты с новыми материалами (полистирол, полиэтилен).
Конь-качалка. 1950-е (10)
Советский мишка, 1950—1970-е (11)
Кукла «Девочка в красном костюмчике» на резинках, целлулоид, Охтинский химкомбинат, 1950-е (8)
Игра «Автоперекресток», 1950-е (12)
Детская заводная жестяная игрушка «Асфальтоукладчица», 1940-50 гг. (80 Детская игрушечная машинка, автомобиль ГАЗ, управляемый гибким валиком, 1961 г. (8)
При всем этом разнообразии педагогическая установка эпохи оставалась прежней: играть — привилегия дошкольника. Школьнику полагалось быть занятым полезным делом, и потому для детей постарше предлагались не столько игрушки, сколько наборы для опытов и практических занятий — «Юный техник», «Химические опыты», «Аэронавтика». Игрушечные весы, швейные машинки, наборы врача или парикмахера знакомили ребенка с «правильными» профессиями и помогали в ранней профориентации.
Набор «Юный химик», 1956 г. (13)
Набор «Юный электрик», 1950-е (14) Набор «Юный техник», 1950-е (15)
Подросток же, по мнению педагогов, должен был читать, трудиться, заниматься спортом. Граница допустимого возраста игры по сравнению с довоенным периодом чуть сдвинулась: игрушек стало больше, они стали доступнее и привлекательнее, но по-прежнему оставалась жестко привязана к раннему детству: все, что предлагалось ребенку старше семи-восьми лет, было замаскированным уроком.
Игра «Домино», 1950-е (16) Игра «Лото», 1950-е (17)
Таким образом, пора бэби-бумеров — это первое расширение «зоны игры» по сравнению с молчаливым поколением. Игрушек стало ощутимо больше, они стали доступнее и привлекательнее. Впервые появился специализированный детский универмаг, а промышленность освоила новые материалы, позволившие удешевить и разнообразить производство. Однако принципиальная установка осталась прежней: свободная игра — это удел дошкольника, а все, что предлагается ребенку постарше, должно нести практическую или воспитательную пользу. Граница между «играющим» и «занятым делом» ребенком чуть сдвинулась вверх, от пяти-шести лет к восьми-десяти, но не исчезла: подростку по-прежнему не полагалось рано стать взрослым и ответственным.
