Концепция
В динамичном и постоянно развивающемся мире цифрового искусства появление веб-арта, также известного как нет-арт, представляет собой значительное развитие в художественном ландшафте. Это визуальное исследование погружается в историю нет-арта, начиная с его зарождения в ранние дни Интернета и до сложной и непонятной эры Web 3.0. Изучение этой формы цифрового искусства — это не только о развитии технологий, но и о трансформации художественного выражения, творчества и взаимодействия с аудиторией в цифровую эпоху.
Нет-арт начался как исследование возможностей в зарождающемся Интернете, пространстве, где художники могли экспериментировать с новыми формами выражения. Первая фаза, Web 1.0, была отмечена статичными веб-страницами и ограниченной интерактивностью, но она открыла двери в новый мир, где искусство больше не ограничивалось физическими пространствами, такими как галереи или музеи. Художники той эпохи были пионерами, исследующими в значительной степени неизведанный цифровой мир и закладывающими основы для будущих исследований в нет-арте.
С появлением Web 2.0 нет-арт претерпел значительные изменения. Эта эра характеризовалась повышенной интерактивностью, распространением социальных сетей и контентом, созданным пользователями. Это ознаменовало переход от одиночного потребления искусства к более участвующему опыту, где аудитория могла взаимодействовать с искусством и даже влиять на него. В этот период наблюдался всплеск цифровых коллабораций, мультимедийных инсталляций и подъема онлайн-сообществ художников, расширяющих границы создания и восприятия искусства.
Грядущая фаза, Web 3.0, представляет собой еще более сложный и многогранный ландшафт для нет-арта. С развитием технологии блокчейна и введением концепций, таких как NFT (невзаимозаменяемые токены), художники готовятся исследовать новые границы в цифровом владении, подлинности и самом определении искусства в цифровом контексте. Эта эра не только о технологических возможностях, но и о переосмыслении экономики, распространения и потребления искусства в интернете.
Исследование также рассматривает влияние этих технологических эволюций на роль художника и творческий процесс. В цифровом мире традиционный набор инструментов художника расширяется за счет кода, интерактивных платформ и виртуальной реальности, что ставит под сомнение традиционные представления о том, что считается художественным материалом. Этот сдвиг порождает вопросы о природе художественного выражения, когда сами инструменты и холсты находятся в постоянном развитии. Также снова становится актуальным вопрос о месте автора в творческом процессе.
Кроме того, исследование рассматривает, как нет-арт взаимодействует со зрителем. Он оспаривает традиционный пассивный опыт просмотра, предлагая погружающиеся и часто настраиваемые переживания, стирающие границу между создателем и потребителем, где все постоянно дописывают произведение.
В заключение, это исследование веб-арта — это не только изучение художественной эволюции, но и размышление о том, как технология переосмысливает наше понимание и взаимодействие с искусством. От ранних дней простых веб-страниц до сложных, интерактивных и децентрализованных платформ сегодняшнего дня, нет-арт продолжает расширять границы художественного выражения, приглашая нас переосмыслить, что такое искусство и чем оно может быть в цифровую эпоху.
История
Web 1.0: появление и очарвание
Марк Нэпьер, «Shredder 1.0», 1998 год
В конце 20-го века началась цифровая революция с появлением Всемирной паутины, отмечая начало того, что сейчас ретроспективно называется Веб 1.0. Эта эра, простирающаяся примерно с начала 1990-х до начала 2000-х годов, характеризовалась веб-сайтами, в основном информационными, служащими цифровыми брошюрами, а не интерактивными платформами. Если рассматривать тогдашний интернет с точки зрения того, какое это было медиа, то максимально холодное: пользователю практически не предлагалось какое-либо участие в происходящем за исключением потребления текстовой информации. Web 1.0 представлял интернет в его зачаточной стадии — пространство статических веб-страниц, ограниченного взаимодействия пользователей и контента, в основном только для чтения.
Марк Нэпьер, «Shredder 1.0», 1998 год
То, чем занимались тогдашние художники — это попытка осмыслить всю ту графику, которая пришла в мир вместе с развитием компьютеров и появлением интернета. Произведения того времени местами полностью состоят из тех графических элементов, которые заложены в операционную систему.
Марк Нэпьер, « 0×1 (Zero by One)», 2002 год
Слева направо: 1) Марк Нэпьер, «Shredder 1.0», 1998 год. 2) Марк Нэпьер, «Shredder 1.0», 1998 год
Здесь имеет смысл затронуть Греческий миф о Нарциссе, который разбирал Маршалл Маклюэн в «Понимании медиа». Если не углубляться, то речь идет о том, как человек запросто впадает в оцепенение при столкновении со своим расширением вовне:
«Итак, основная идея этого мифа в том, что люди мгновенно оказываются зачарованы любым расширением самих себя в любом материале, кроме них самих»[1]
Это очень показательно для нашей культуры, помешенной на технологическом прогрессе. Тем не менее для нас важна в этом мифе одна конкретная деталь: то, как Нарцисс впадает в оцепенение при столкновении со своим расширением, что, как мне кажется, является ситуацией аналогичной той, как человечество было захвачено интернетом. Человек художник замер в рассмотрении того, из чего этот интернет сделан: в изучении деталей его интерфейса, пытаясь осмыслить эту графику, расширяющую его сознание, подобно Нарциссу, замкнувшегося в рассмотрении своего отражения.
Но разве это какой-то новый феномен? Разве художник впервые впадает в «гипноз» из-за технологий? Неужели ранее художник избегал ситуации, в которой бы он оказался в подчинении нового опыта взаимодействия?
MoMA, Выставка «Machine Art», 1934 год
Окунемся в искусство первой половины XX века. В этот период индустриализация значительно повлияла на общество. Появление машин, способных опережать человеческое мастерство в различных областях, вызвало творческий ответ среди художников. Они начали интегрировать повседневные предметы и промышленные изделия в своё искусство, что привело к созданию реди-мейдов. Это могло быть что угодно — велосипедное колесо, установленное на стуле, призывая зрителей пересмотреть подобные обыденные предметы через оптику искусства.
Такая реконтекстуализация заставляла людей задуматься над последствиями технологического прогресса и его влиянием на общество и культуру.
Значительным событием, которое отразило этот настрой, была выставка «Искусство машины» в 1934 году, где части механизма машин были представлены на белых пьедесталах в музейной обстановке. Эта выставка выставляла на показ красоту механизмов, концепция похожая работе Jodi с интерфейсами операционных систем. Представляя эти элементы в художественном контексте, обе движущие силы заставляют зрителей воспринимать технологию и ее компоненты за пределами их функциональных аспектов, подчеркивая их эстетические и концептуальные возможности.
Слева направо: 1) MoMA, Инсталляция «Machine Art», 1934 год 2) Jodi, «My%desktop», 2002 год
Слева направо: 1) Jodi, «My%desktop», 2002 год. 2) MoMA, Инсталляция «Machine Art», 1934 год
«Стало быть, исследователь средств коммуникации, как и психиатр, получает от своих информаторов больше данных, чем сами они воспринимают. Каждый переживает гораздо больше, чем понимает. Между тем, не понимание, а именно переживание влияет на поведение, особенно в коллективных материях средств и технологий, где индивид почти неотвратимо не сознает того воздействия, которое они на него оказывают» [1]
По сути, художественное исследование технологии, будь то через призму реди-мейдов начала XX века или цифровых интерфейсов Web 1.0, отражает более глубокое размышление о наших отношениях с технологиями и то, как они трансформируют наше сознание. Это означает непрерывный диалог между искусством и технологической эволюцией, где художники постоянно переосмысливают и переинтерпретируют технологические достижения, побуждая общество воспринимать и взаимодействовать с этими новшествами в новых, вызывающих размышления способах.
Очевидно, что на изучении непривычных цифровых форм нет-арт не закончился. Стоило художникам чуть-чуть проснуться от гипноза, вызванного информационной революцией, они начали пытаться создавать в цифровой плоскости что-то прицнипиально новое.
Jodi, « wwwwwwwww.Jodi.org», 1995 год
Jodi, « wwwwwwwww.Jodi.org», 1995 год
Web 2.0: явление интерактивности
Оля Лялина, «MY BOYFRIEND CAME BACK FROM THE WAR», 1996 год.
С наступлением нового тысячелетия цифровой ландшафт пережил кардинальные изменения с приходом Web 2.0. Эта эра не просто технологическое обновление; она представляла собой смену парадигмы во взаимодействии пользователей с вебом и, соответственно, с нет-артом. Web 2.0 демократизировал создание контента и способствовал культуре сотрудничества и участия, что оказало значительное влияние на природу и создание нет-арта.
Одна из самых известных работ нет-арта 2000-х — это «My Boyfriend Came Back From The War». С нее имеет смысл начать разговор о Web 2.0 исходя из того, что эта работа олицетворяет собой отказ от постоянного рассмотрения форм интерфейса при опосредованном участии зрителя, который никак не влияет на происходящее. После этой работы неотъемлимой частью большинства произведений нет-арта станет их перформативность. Каждый раз это принципиально новый сюжет, приглашающий пользователей принять участие через веб-интерфейс. Теперь веб не просто про чтение уже готовой информации, но и про участие в создании новых веб-сущностей.
Оля Лялина, «MY BOYFRIEND CAME BACK FROM THE WAR», 1996 год.
Алексей Шульгин, «Form Art», 1997 год
И хоть произведения во многом сохранили визуальную состовляющую относительно Web 1.0, где художники фокусировались на компонентах дизайна браузера, но фокус теперь уходит с изучения формы элементов, на попытку создать при помощи этих элементов что-то свое.
Начало 2000-х годов ознаменовалось появлением блогов на шаблонах и личных сайтов, позволяющих пользователям публиковать контент с минимальными техническими знаниями. Это облегчение доступа превратило веб из коллекции статических страниц в динамичное, постоянно развивающееся полотно для творчества. В этом контексте нет-арт начал принимать более участнический подход, вовлекая аудиторию в творческий процесс. Окно браузера становится все интерактивнее, позволяет и требует от пользователя все больше.
Нет-арт «screenfull» является наглядной иллюстрацией того, что возникло на просторах интернета в результате контент-бума.
Эйб Линкольн и джимпанк, «Screenfull», 2002–2004 годы
Эйб Линкольн и джимпанк, «Screenfull», 2002–2004 годы
У всех произведений нет-арта есть две общих черты: высокая интерактивность и случайность. Пока что сфокусируемся на этой интерактивности, выраженной в фрагментации опыта, который мы можем получить, взаимодействуя, например, с гипертекстом. Это наглядно продемонстрировано в работе Лялины, которая, используя гипертекст, создает множественные повествовательные пути, что символизирует разрушение линейного времени и пространства. Эта нелинейность еще более наглядна продемострирована в том, что мы в любой момент можем переключиться на другую повствовательную ветку и продолжить в ней. Абсолютная свобода действия.
Меня подобная перформативность наводит на мысли об актуальности автора в нет-арте. Автора и до появления кода успели свести до статуса «скриптера», через которого вещает непонятно что: язык как вместилище коллективного разума или дух времени, или что-то совсем другое. Когда речь же заходит о цифровом искусстве, где нет-арт — результат набора специальной разметки и скрипта (программного кода), то автор не просто децинтрализован, а будто бы его совсем нет. Скриптор не просто как раньше теряет контроль над интерпритацией, но и не имеет контроля над итоговым результатом.
Это отсутствия контроля вызвано тем, что во многих моментах нет-арт можно воспринимать как чисто генеративное искусство, которое в каждый отдельный момент не соотвествует ни одной предыдущей итерации. Кем же становится «автор» в такой ситуации? Автор оказывается отменен. Работой управляет математическая случайность.
Тем не менее вернемся к нет-арту. Важной особенностью web 1.0 была абсолютная свобода. То, насколько не подвластной цензуре была эта цифровая среда, хорошо показывает проект «the file room».
Антони Мунтадас, Фото инсталляции работы Антони Мунтадаса «Комната Файлов», 2012 год
«The File Room» — это пример творения, которое могло возникнуть только в свое время. Это интерактивный нет-арт представляющий из себя открытую базу данных, документирующую цензуру в искусстве. Он приглашал пользователей к совместному участию, что является примером сотрудничества и участия, характерных для Web 2.0, когда интернет представлял из себя структуру с неформальной, горизонтальной иерархией. Если в Web 1.0 это оказывалось невозможным ввиду технических органичений на ввод информации, то предлагаю узнать подробнее, почему такой проект не смог бы возникнуть в эпоху Web 2.5, но сначала подведем итоги этой эпохи.
Антони Мунтадас, «The file Room», 1994 год
Антони Мунтадас, фото инсталляции «The file Room», 1994 год
В эпоху Web 2.0 нет-арт эволюционировал из простого цифрового продолжения традиционных форм искусства в средство, активно вовлекающее аудиторию в его создание и интерпретацию. Эта эра ознаменовалась фрагментацией опыта, демократизацией создания контента и появлением интерактивных, управляемых пользователем нарративов. Нельзя и пропустить то, что возникновение подобного цифрового искусства вдохнуло жизнь в старые дискурсы современного искусства на примере «смерти автора». Таким образом, нет-арт стал более инклюзивным, динамичным и участническим видом художественного выражения, отражающим более широкий культурный сдвиг к интерактивности и сотрудничеству в цифровую эпоху.
В это время мы стали свидетелями появления смелых и неординарных произведений, осмысливающих цензуру и затрагивающих острые социальные вопросы. Это эра, когда каждый имеет возможность вести собственный блог, свободно выражая свои мысли и идеи.
Этот цифровой мир, насыщенный самовыражением и открытым диалогом, представляет собой уникальное поле для художественной экспрессии и общественного взаимодействия. Возникает вопрос: каким образом такой мир может дальше развиваться и трансформироваться?
Web 2.5: Наши дни
«„ИНТЕРНЕТ“ ПЕРЕСТАЛ БЫТЬ МИРОМ, В КОТОРЫЙ МОЖНО УЙТИ, А СТАЛ МИРОМ, ОТ КОТОРОГО ИЩУТ УБЕЖИЩА ВЗДОХ. ОН СТАЛ МЕСТОМ, ГДЕ ВЕДУТСЯ ДЕЛА И ОПЛАЧИВАЮТСЯ СЧЕТА. ЭТО СТАЛО МЕСТОМ, ГДЕ ЛЮДИ ОТСЛЕЖИВАЮТ ТЕБЯ» [2]
В принципе, на этой цитате можно было бы и закончить описание web 2.5, но все-таки было бы несправедливо пройти мимо творческих произведений нет-арта, которые осмысляют это драматичное изменение в устройстве интернета.
Поменялось примерно все: Web 2.5 характеризуется глубокими изменениями в восприятии и использовании интернета. Этот период ознаменован размышлениями о том, как интернет перешел от пространства свободы и открытости к месту, контролируемому. Технологические гиганты, гонясь за целью максимизировать свое влияние и прибыль, убили прежнюю свободу. Личные блоги и сайты-визитки уступили место аккаунтам в социальных сетях, подчиненным строгим правилам. Государства пытаются регулировать интернет, что часто приводит к ограничениям и цензуре. Это создало среду, в которой особо нет смысла лазить по разным сайтам в поисках информации или развлечения. Пользователь стал посещать в разы меньше сайтов, разучился «серфить» по интернету ради самого «серфинга», чувства открытия чего-то нового. В действительности человек заходит в интернет, чтобы оплатить счета и для решения других повседневных задач. Людей, заставших идеи о свободе веба, это отталкивает — из интернета хочется выйти.
Констант Дулларт, «THE REVOLVING INTERNET», 2010 год
Эта серия работ остроумно изображает то, что хоть и браузеры сохранили за собой все свои привычные функциональные свойства в качестве поисковика, но все-таки что-то не так. Все будто бы сыпется и вот-вот развалится. Таким интернетом можно, но не очень приятно пользоваться, приходится постоянно крутить голову, от чего ты быстро устаешь.
Констант Дулларт, «THE REVOLVING INTERNET», 2010 год
А как бы удивились художники времен web 1.0, когда узнали бы, что тот интернет, куда они убегали со своими работами с целью избежания акта цензуры превратился в среду, где за каждым кликом пользователя ожидает пэйвол. В Web 2.0 художники использовали это же самое пространство в качестве убежища для художественных произведений.
В конце 1990-х годов, свободный архив с размышлениями людей на тему цензуры и интернет-регулирования, который на тот момент представлял из себя один компьютер в помещении музея, к которому каждый мог подойти и дописать свое мнение, решили выключить и продать владельцы той институции, в которой он выставлялся. Этот проект назывался «documenta X». В стремлении сохранить подобный и на тот момент уникальный источник информации художники, нарушив договоренности с музеем, перенесли его в интернет. Возможно, это один из первых актов того, что сейчас мы привыкли называть пиратством.
Слепа направо: 1) Скрин пэйвола на сайте Los Angeles Times. 2) Вук Хосих, «Document done», 1997 год.
Слепа направо: 1) Скрин пэйвола на сайте The New York Times. 2) Вук Хосих, «Document done», 1997 год.
Джин МакХью, блог «Post Internet», 2009–2010 годы
Нэт-арт осмысляет этот сдвиг к несвободе не только в визуальном формате, но и через манифесты, большие статьи о том, как изменился интернет. Одна из самых известных статей, подводящая итоги того, чем стал интернет и размышляющая над тем, куда двигаться дальше стала «Post Internet», именно из нее взята цитата, открывающая раздел про Web 2.5 в этом исследовании.
Тем не менее нет-арт не умер с приходом корпораций и государств. Он хоть и обрел местами статус «протестного» искусства со своим стремлением к отторжению такого интернета под контролем и возвращением к децентриализованному интернету, но этим он не ограничился и сохранил за собой все свои прошлые качества: это по-прежнему яркая и интересная среда для творчества, как это видно в работах Рафаеля Разендаля и других художников, размышляющих о сайте как о веб-странице в первую очередь, цифровом полотне.
Рафаэль Розендаль, «Into time .net», 2010 год
Рафаэль Розендаль, «Abstract Browsing», 2016 год
Нет-арт продолжает выходить за рамки экранов, обретая физическую форму в реальной жизни, где не нужен интерфейс в формате компьютера или чего-либо другого за исключением рук и глаз, чтобы с ним взаимодействовать.
Слева направо: 1) Рафаэль Розендаль, «le duchamp.com», 2008 год 2) Рафаэль Розендаль, «big long now.com» 2006 год
Говоря о Разендале, множество его работ в какой-то степени будто бы подкрепляют мою параллель между реакцией художников 20-го века на индустриальную революцию и тем, как приняли цифровую современные художники. Даже «велосипедное колесо» Дюшана на месте.
Рафаэль Розендаль, «Random Fear with Mirrors», 2019 год
Но вернемся к Web 2.5: в конечном итоге, Web 2.5 выступает как переходный этап, в котором интернет превратился из свободного пространства в контролируемую экосистему. Эта эволюция интернета отразилась не только в изменениях пользовательского опыта и взаимодействия с технологиями, но и на нет-арте, который стал отражением этой новой действительности. Но все не так плохо. Вместе с ограничениями и контролем, который привнесла эра Web 2.5, зарождаются и новые перспективы. Мы стоим на пороге новой эры — эры Web 3.0.
Web 3.0
Эта следующая ступень интернет-развития обещает возвращение к децентрализации, к усилению личной конфиденциальности и безопасности данных. Web 3.0 стремится вновь предоставить пользователю контроль над его цифровой жизнью, возвращая интернет к его первоначальным идеалам свободы и открытости.
В Web 3.0, технологии блокчейна, искусственного интеллекта и машинного обучения будут играть ключевую роль, открывая новые возможности для пользователей и создателей контента. Ожидается, что это будет эра новой интерактивности и пользовательского опыта, где границы между виртуальным и реальным миром станут еще более размытыми.
Таким образом, переход от Web 2.5 к Web 3.0 является не просто технологическим сдвигом, но и культурной эволюцией. Это изменение воспринимается многими как возможность вновь обрести утраченные свободы и возможности, которые интернет изначально обещал. Нет-арт, который отразил дух времени Web 2.5, тоже будет эволюционировать, отражая и исследуя новые горизонты, которые открывает перед нами Web 3.0.
Вывод
Основной вывод заключается в том, что развитие нет-арта открывает новые горизонты и вызывает ряд этических и искусствоведчиских вопросов. От ранних дней простых веб-страниц до современных сложных, интерактивных и децентрализованных платформ, нет-арт продолжает расширять границы художественного выражения, приглашая нас переосмыслить, что такое искусство и чем оно может быть в цифровую эпоху.
Это искусство работающие без прямого человеческого вмешательства и присмотра, обладающее уникальным характерным стилем и совершенно не привязанные к традиционным эстетическим канонам или понятиям красоты.
Каждое произведение нет-арта косвенно затрагивает миф об авторе, ведь, мы становимся свидетелями формы случайного творения. Сами произведения является текучей, нестабильной или даже генеративной графикой. Оно будет меняться так долго, сколько вы на него смотрите, оно будто бы постоянно дописывается, как и дописывается любое произведение любым его зрителем.
В вашем исследовании подчеркивается, что нет-арт представляет собой не просто форму искусства, но и способ, с помощью которого художники исследуют и расширяют границы человеческого сознания через цифровые технологии. Это искусство демонстрирует, как человек может расширять своё восприятие и взаимодействие с миром через цифровые средства, а также является наглядной демонстрацией фиксации человека на своих расширениях, рефлексии на технологические изменения.
Нет-арт всегда был отражением изменений в интернете, будь то реакция на ужесточение правил, цензуру, или появление новых форматов, таких как блоги. Каждый этап в развитии интернета, от ранней его стадии до современного состояния, находил отражение в нет-арте, который адаптировался и трансформировался, отражая и реагируя на социальные, культурные и технологические изменения. Таким образом, нет-арт не только документирует историю цифровой среды, но и активно участвует в её формировании, представляя собой живую, динамичную реакцию на постоянно изменяющийся цифровой ландшафт.
Маршалл Г.М Понимание Медиа: Внешние рассширения человека. — М.: «КАНОН-пресс-Ц», «Кучково поле», 2003
«Post Internet» // Реконструкция блога «Post Internet» URL: https://122909a.com.rhizome.org/ (дата обращения: 29.11.2023).
