Лиминальность в европейском кинематографе

Лиминальные пространства стали объектом интернет-дискуссий после появления фотографий таинственных коридоров (backrooms) на площадке реддита. Изображения сопровождались предупреждением об опасности таких мест — в них люди могут пропадать. Этот тред дал начало интернет феномену, стали появляться паблики и сообщества людей, где пользователи делились своими фотографиями с пустыми коридорами и отелями. Все эти изображения объединяло чувство дискомфорта. Меня притягивают такого рода фотографии, в них есть что-то пугающее и потустороннее.

Термин «лиминальность» не является неологизмом. Считается, что первое упоминание произошло в начале двадцатого века в контексте традиционных обрядов. Это неотъемлемая часть ритуала перехода, встречающаяся во многих культурах. В более обобщенном смысле это переходное состояние между стадиями развития человека. Также этот термин используется в психологии как обозначение жизненного периода, когда происходит «разотождествление субъекта с самим собой с целью перехода от „я-наличного“ к „я-иному“…». [1] В этот период человеку свойственна эмоциональная дезориентация и отчужденность.

Лиминальные пространства, в свою очередь, — это переходные пространства, которые не предполагают долгое присутствие людей, но по каким-то причинам опустошенные, своей неестественностью они способны вызывать чувство изоляции и дискомфорта. Спецификация, по которой локацию можно отнести к лиминальной — очень размыта, но в основном к лиминальным пространствам относят: коридоры, лестничные площадки, дверные проемы и даже отели.

Благодаря большому интересу к феномену лиминальности в интернете, можно найти разнообразные статьи на эту тему. Наиболее любопытным мне показалось видео-эссе «Strangely Familiar Places in  Movies Explained» с канала Du  Cinema. В нем автор разбирает феномен лиминальности в кинематографе.

„Есть что-то очень тревожное в этих лиминальных пространствах. Пустые вселенные, которые, кажется, существуют вне времени и пространства. Они вызывают у тебя желание уйти“. [2]

Однако меня не удовлетворила выборка фильмов: большая часть — американские фильмы. В своем визуальном исследовании я хочу продолжить размышления автора и рассмотреть этот феномен в европейском кинематографе. Автор выделил три вида лиминальности в кино: физические пространства, эмоциональные и временные. Эта классификация не подходит для моего исследования. В европейском кино можно проследить сложный процесс размытия границ между физическим пространством и пространством человеческого сознания. По этой причине я буду использовать другую систематизацию, основанную на схожих мотивах в фильмах.

Отбор кинокартин происходил с помощью списков других пользователей из соцсети letterboxed по тегу «Liminal» и на основе даты выхода (1960-е — 90-е).

Цель исследования — проиллюстрировать, как феномен лиминальности проявлялся в европейском кинематографе и как он мог характеризовать персонажей. Как уже было сказано выше основой моего исследования является видео-эссе „Strangely Familiar Places in  Movies Explained» , а свои высказывания о фильмах я буду подкреплять статьями из кино-журналов и научных архивов.

В основе лиминальности лежит понятие о пограничном или переходном состоянии субъекта. Ещё в литературе дорога (как некая проложенная траектория, будь то тропинка или шоссе) являлась символом перемен. В кинематографе подобный путь тоже имеет схожую символику. Но что если дорога не имеет конечной точки? Тогда процесс перехода превращается в бесконечные скитания. Персонаж застревает в лиминальной стадии. Мотив «застревания» характерен для многих фильмов в моем исследование, но только некоторые из них связаны с дорогой.

Отчужденность, которая характерна для героев фильма «Приключение» Микеланджело Антониони, неразрывно связана с внешним миром, в котором они существуют. Именно существуют, так как главной особенностью данной кинокартины является ее бессюжетность. На протяжении фильма герои оказываются в пустых локациях: каменистый остров, маленький город. Все эти пейзажи как будто отражают внутреннюю неопределенность и пустоту, а процесс бессмысленного путешествия усиливает это чувство. Кроме того таинственное исчезновение Анны остаётся не раскрытым. Весь фильм можно почувствовать призрачное присутствие персонажа где-то в материи фильма. А может она попала в лиминальное пространство, из которого невозможно выбраться? Ведь в начале фильма героиня тоже испытывала смятение и отчужденность.

Подобная отчужденность свойственна и для главного героя в фильме «Радио в эфире» Кристофера Петита. Роберт тоже отправляется в «путешествие» в другой город, чтобы понять, почему брат совершил суицид, но узнав причину, он не получил удовлетворения. Персонаж начинает бессмысленно «блуждать» по темным и запущенным переулкам.

Улицы Англии-70х наполнены автострадами, заводами и другими «признаками» экономического развития, но при долгом вглядывании, они кажутся пустынными, заброшенными, словно они застыли в переходном состоянии: между послевоенной индустриализацией и современным прогрессивным обществом. Фильм наполнен подобными кадрами с архитектурой и дорожными развязками, в которых герой кажется лишним и чужим.

По окончанию лиминального состояния предполагаются изменение в жизни человека или в более масштабном плане — общества. Но ожидание этих перемен может занять продолжительное количество времени, а то и вечность.

В фильме «Любовь до смерти» Алена Рене можно «увидеть» два проявления лиминальности. Сюжет выстроен вокруг возлюбленных, один из которых испытал клиническую смерть и утверждает, что видел другой «загробный» мир.

Симон, по его словам, побывал в пространстве между жизнью и смертью, а значит такое пространство тоже можно назвать ламинальным.

Однако в середине фильма Симон умирает снова, и Элизабет, пообещав любовнику уйти вместе с ним, ожидает смерти. Она становится отчужденной и постоянно думает о самоубийстве. Теперь уже героиня находится в лиминальном состоянии только в реальном мире.

Масштабные перемены ждёт и главный герой фильма Майка Ли «Обнажённая». В эпизоде с охранником Джонни пускается в полемику на всевозможные экзистенциальные темы и приходит к выводу, что апокалипсис неизбежен. Действие происходит в пустом здание. Совершенно голые и безжизненные комнаты коррелируют с отрешенностью, которую испытывает Джонни на протяжении всего фильма. Однако окружающая пустота характерна не только для Джонни, но и для всего британского общества в 80-х 90-х. Взаимосвязь между внешней общественной средой и внутреннем состоянием человека — это частый лейтмотив в творчестве британских независимых режиссеров того времени. [3]

Единомышленник Майка Ли — Алан Кларк в 1989 году снял немое высказывание на тему войны в Северной Ирландии. Зритель не знает ничего о персонажах в кадре, но он становится свидетелем бесконечных убийств. Безымянность, повторяющиеся «казни» и опустошенный Белфаст — так Алан Кларк смог показать отчужденность на более масштабном уровне, параллельно вопрошая: «Когда это закончится?»

Многие критики до сих пор спорят о чем на самом деле фильм «Теорема» Пьера Паоло Пазолини. Центральные герои существуют в странном и опустошенном мире. Они замкнуты в своих пустых переживаниях. И только с появлением незнакомца их жизнь как будто обретает смысл, но ненадолго. По одной из интерпретаций режиссер высмеивает безликую буржуазию, которая начинает «существовать» только после вмешательства «всевышних сил».

На мой взгляд, наиболее ярким примером внутренней отчужденности и мизантропии выраженной через лиминальные пространства является фильм «Человек, который спит» Бернара Кейзанна. Он почти полностью состоит из кадров с пустыми улицами, кабинетами, коридорами. Главный герой не произносит ни слова, но благодаря окружению, зритель может испытать опустошенность и дереализацию, которую чувствует герой.

«Время развлечений» Жака Тати выделяется из исследуемых мной фильмов, так как это единственная комедия. Однако и тут можно найти признаки лиминальных пространств. Современный офисный центр, в который попадает главный герой похож на лабиринт, а его пустынные коридоры и залы вызывают чувство дискомфорта. Это не первая работа режиссера, где он высмеивает «инновационное» общество. «Современные» люди живут в полупустых домах и квартирах, их среда обитания намерено гротескна в своей искусственности и опустошенности.

Лиминальные пространства, в особенности коридоры и двери (дверные проемы) часто используют в хоррорах, так как они являются элементами саспенса.

В начале фильма «Четвертый мужчина» Пола Верховна главный герой видит сон, в котором он блуждает по коридору пустого отеля. Этот эпизод задает таинственный тон последующему повествованию.

С каждой открытой дверью главный герой теряет частицу своего рассудка, так как узнает жуткие подробности жизни своей любовницы. В финале можно наблюдать, как главный персонаж находится в пограничном состоянии между помешательством и здравым смыслом. Режиссер оставляет открытый финал, давая зрителю самому решить, действительно ли он сошел с ума.

Мотив помешательства, а точнее одержимости ярко проиллюстрирован в фильме Анджея Жулавского «Одержимая». Мотив границ пронизывает весь фильм: нарушение личных границ, государственная граница (семья живет на границе западной и восточной Германии), пограничное состояние рассудка главных персонажей. Интересен и тот факт, что герои часто общаются, стоя в дверных проемах.

Примером того, как лиминальные пространства могут работать на зловещую атмосферу является эпизод в переходе. Он как будто вырвана из нити повествования. Холодный, пустой коридор, в котором эхом раздается рев Хелен, дополняет «перформанс» актрисы.

«В прошлом году в Мариенбаде» и «Санаторий под клепсидрой» исследуют свойства памяти. А действия происходят в причудливых «отелях». В кинокартинах есть кадры с опустошенными или заброшенными коридорами, хотя они только отдаленно напоминают те лиминальные пространства, которые интересуют пользователей реддита, они все равно вызывают чувство дискомфорта и отчужденности. Однако концепт лиминальности можно применить и к самой памяти тоже:

Исходя из цитаты, можно предположить, что все эти коридоры, по которым блуждают герои, на самом деле иллюстрация процесса «мозговой активности». Отсюда нелинейное повествование и бессюжетность, которая свойственна обеим картина.

Ко всему прочему, в «Санатории под клепсидрой» главный герой путешествует по своим воспоминанием, находясь во сне. В некоторые эпизоды своей жизни он попадает через дверные проемы, что еще раз подтверждает особенность двери как пограничного объекта. Также в фильме присутствует лейтмотив смерти: благодаря особым правилам времени существующих в санатории, отец главного героя жив, хотя должен был умереть. Так, мы снова можем наблюдать состояние между жизнью и смертью.

Итак, мое исследование доказывает, что в европейском кинематографе второй половины двадцатого века феномен лиминальности действительно существовал. Причем проявляться он мог совершенно по-разному: от пустых коридоров и горной пустыни до размышлений о загробном мире. В большинстве случаев пустые пространства — это проекция субъективных ощущений героя, от фильма к фильму лиминальные пространства обозначают схожее чувство отчужденности и потерянности. Во второй половине двадцатого века кинематографисты стали чаще исследовать человеческую психологию и субъективное восприятие, следовательно они искали визуальные приемы, которые могли бы выразить, например, чувство отрешенности, в итоге они использовали пустые пространствам, которые впоследствии стали называть лиминальными.

[1] Сапогова Елена, Психологическая помощь взрослым в лиминальных периодах. 2016 г. [2] «There is something very unsettling about these liminal spaces. Empty universes that seem to exist outside time and space. They make you want to leave.», Du Cinema, Strangely Familiar Places in Movies Explained [3] Волкова София, Брутализм в кинематографе Великобритнии [4] «Throughout Teorema, Etna’s sifting ashes form a mysterious visual motif—frequently associated with the guest’s seductions, as when he makes love to Emilia or keeps Pietro awake with desire—that can be variously interpreted as suggesting the spiritual wasteland to which the characters, save the saintly Emilia, are all destined…», James Quandt, Teorema: Just a Boy

[5]«Somehow, memory oscillates between the inside and the outside, connecting the subjective and the objective, the imaginary and the real, the self and the other, the individual and the collective. … Liminality is a concept that seems particularly well-suited to address problems that arise from the distinctive in-between position of memory», Claudia Mueller-Greene, The Concept of Liminality as a Theoretical Tool in Literary Memory Studies: Liminal Aspects of Memory in Salman Rushdie’s Midnight’s Children