телесность в творчестве художницы Берлинде Де Брёйкере

о художнице о телесности в современном мире и искусстве о телах Берлинде Де Брёйкере о Венской Биеннале 2013 года заключение

Телесность в культуре постмодерна отличается открытостью, вариативностью и симулятивностью (по Бодрийяру). Физическое тело становится инструментом для достижения целей и получения выгоды в руках его «владельца». Это способствует объективизации тела и превращению его из «инструмента», с помощью которого человек познаёт окружающий его мир и взаимодействует с ним, в объект, часто отделяющийся от человека, что порождает разнообразные искажения и отделения личности и идентичности. «Систематика уродливой и патологической телесности становится вполне надежной основой в контексте культуры постмодерна» [2].

В этом вопросе несомненно важными оказываются также развивающиеся технологии, особенно генные и нано технологии, объясняющие актуальность дискуссий на тему постчеловека. С одной стороны эта концепция хорошо сочетается с тенденцией к восприятию тела как инструмента, который сможет «работать» лучше и дольше, а с другой — начинает дискуссии о неизменности человеческой природы и биоэтике. Другая важная технология, влияющая на восприятие телесности — Интернет и виртуальные миры, порождаемые им, в которых каждый человек обретает «виртуальную телесность» [1], которая в разной степени, но искажает восприятие собственной телесности телесности индивидуумом за счёт появления многочисленных телесностей, которые могут визуально не иметь ничего общего с привычной человеческой телесностью, а также могут меняться и искажаться по запросу.

Дистанцирование человека от своего тела и материалистическое отношение к нему вместе с развитием технологий генетики и виртуальной реальности приводит к популяризации искажённых образов человеческого тела в массовой культуре и искусстве. От жанра боди-хоррора, набирающего популярность с начала XX века до разнообразных визуальных осмыслений образа постчеловека в современном искусстве.

Первые скульптуры безликих человеческих фигур Берлинде Де Брёйкере создаёт на границе XX и XXI  веков, соединяя фигуры, пока выглядящие как обычные люди и одеяла, являющиеся одним из материалов, в те годы широко используемых художницей. И позже, когда художница отойдёт от частого использования текстиля в своих работах, можно будет найти работы с крайне похожим мотивом и формой.

В начале 2000-х через работу с реалистичными скульптурами лошадиных туш, художница возвращается к изображению человеческих тел, но они обретают характерную для её скульптур реалистичность, благодаря начале работы с воском как основным материалом.

«Тела» Берлинде Де Брёйкере не имеют лиц и чаще всего не имеют чётко обозначенной половой принадлежности. Реалистичные руки и ноги — то, что чётко обозначает человеческое «происхождение» фигур, потому что их тела часто деформированы до степени, когда в них невозможно узнать что-то человеческое.

Трансформация является одной из важнейших тем творчества Берлинде. Её скульптуры отражают становление человеком через страдание и боль. При этом человеческое и животное в её работах очень тесно переплетается в процессе этих же трансформаций за счёт сокрытия тела и использования во многих работах конского волоса.

Другая метаморфоза, встречающаяся в творчестве Берлинде — слияние человека и дерева, как в работе «Марфа»

Для художницы важен процесс перехода в «бытие человеком» и обретение человеческого, переход между жизнью и смертью, живым и неживым, демонстрация боли, которую её существа переживают в ходе этой трансформации. Они, должно быть, мертвы, так как лишены голов, важнейшей части тела, без которой оно не способно существовать, но положения тел явно свидетельствуют о продолжающейся в телах жизни, они будто застыли посреди действия.

Мне кажется важным отметить, что почти все скульптуры художницы делаются из вручную окрашенного воска, дерева, шкур и других натуральных материалов вручную, хотя есть более современные материалы, которые с меньшим затраченным усилием и временем могли бы дать настолько же хороший результат в запечатлении человеческой кожи. Момент ручной работы и тактильного контакта художницы с её работами кажется мне очень важным в контексте телесности. Будто каждое из её «тел» напрямую связанно со своей создательницей через все часы прикосновений стоящих за его созданием.

Нельзя не отметить и один из основных мотивов, религиозный мотив в скульптурах Берлинде. Она явно выступает в роли творца, создавая «живущие» тела скульптур, которые тем не менее на грани превращения в мощи, в мёртвую скарализированную плоть. В этом плане важно отметить то, как во множестве своих работ художница использует ящики и специальные куполы, напоминающие те, в которых харнятся мощи. «Скульптор не только не пытается эстетически оформить их — она, напротив, сознательно совлекает с них всякую привлекательность, всякое подобие красоты: зрелище их вызывает у зрителя невольную дрожь отвращения. Но собирая останки, эти „сухие кости“, в подобия реликвариев, скульптор, расписываясь в своем бессилии, вручает их Богу как они есть, „безобразными, бесславными, не имущими вида“» [4].

На Венской Биеннале 2013 года Берлинде Де Брёйкере представляла Бельгию с работой «Искалеченный лес», которая с одной стороны показывает огромное упавшее дерево, а с другой — пугающе напоминает переплетение огромных костей, суставов и мускулов, не прикрытых ничем кроме обрывков текстиля. Она также изображает святого Себастьяна, покровителя Венеции, вновь обращая к теме религиозного.

Эта её работа переживает трансформацию и в реальной жизни: после Биеннале художница разделяет большую инсталляцию на части и создаёт из них отдельные работы, делая каждую важным артефактом.

В последних работах Де Брёйкере человеческие страдания распространяются на царство природы в её двойной роли: природы, частью которой человек является, и природы, которая нас окружает. Это делает её искусство особенно актуальным.

Само по себе обезглавленное тело, для которого такое состояние естественное, является очень сильным образом, который, мне кажется, отражает момент острого переживания своей телесности, благодаря невозможности её осмыслить и рационализировать.

Хотя фигуры Берлинде никак не назвать классическим методом запечатление тела или тем, с которым естественно соотнести себя зрителю, они очень остро отображают переживание телесности и телесного опыта и передают эмоции существ, испытывающих их, лучше, чем многие конвенционально изображённые тела с эмоциями на лицах.