Жест

Повсеместно в буддийской изобразительной традиции встречаются акцентные жесты и положения рук — мудры (санскр. «жест», «печать»). Игра движений присутствует даже там, где нет цели изображать именно символический жест. Для многих азиатских народов жестикуляция — полноценный элемент традиционного драматического нарратива и сюжетного танца; разнообразие же телесных знаков и неоднозначность их трактовки колоссальны. В разных видах искусства один и тот же жест может означать диаметрально противоположные вещи, имея при этом в каждом случае десятки смысловых оттенков, проявляющихся в зависимости от контекста (17). В религиозной живописи «словарь» жестов относительно конкретен, но и здесь (в силу, видимо, неохватности пантеона и вариабельности божественных ролей) нередки случаи, когда божество демонстрирует несвойственные ему символы.

В прочем, некоторое сходство эта ситуация имеет и с системой религиозных жестов в христианстве. Большинство положений рук святых на иконах восходит к древнегреческой ораторской традиции, но со временем старые значения стираются, а новые, уже исконно христианские, становятся всё влиятельнее. Так, например, жест, обозначающий начало речи или порицание, превратился в репрезентацию инициалов имени Иисуса Христа, а сложенные по форме верхних кавычек пальцы, изначально сигнализирующие о прямой речи персонажа, на иконах Благовещения стали считываться скорее как благословение архангелом Гавриилом Девы Марии, чем как знак принесённой им вести (18).

Несмотря на разные истоки происхождения жестовых систем, между некоторыми сигналами существует любопытное визуальное сходство. Случаются и семантические совпадения, но чаще всего между христианскими и буддийскими жестами мало фактического родства. Характер позы Махакалы ниже, например, перекликается с иконой типа «Отечество», на которой двуперстные знамения триединого Бога имеют благословляющую и «обнимающую», покровительственную интонацию. На деле же буддийский персонаж-дхармапала изображает сообразный своему чину жест вроде «козы» — отгоняет зло и тёмных духов (19).

Такой жест — карана-мудра, — довольно широко распространён и в буддийской, и в христианской иконографии. Этим римским настоятельным жестом Христос, например, может указывать на Евангелие в своих руках (18).

Другой «обнимающий» жест характерен для иконографического типа Богоматери Оранта, или молящейся. Молитвенно воздетые к небу открытые ладони сигнализируют о покровительстве и заступничестве. Это напоминает двойную абхая-мудру буддийских божеств, причем здесь значения жестов уже куда ближе друг к другу. Абхая-мудра (санскр. «без страха») воплощает божественную защиту и благожелательность (19), она характерна для милостивых персонажей буддийского пантеона. Такое положение ладоней восходит к древней, подсознательной демонстрации безоружности.

Покровительственная абхая-мудра по значению «подошла» бы и к иконам типа «Отечество».

В контексте параллелей с иконографией Оранты можно вернуться к рассмотрению карана-мудры, прогоняющей тьму и зло. В исполнении другого божества, сострадательной Авалокитешвары, эта мудра приобретает сходный с молитвенным жестом Богородицы тон защиты всех живых существ.

Наиболее же интонационно близким к Богоматери Оранте можно, пожалуй, назвать один из традиционных типов изображения Будды: одна рука воздета в абхая-мудре, а другая опущена в варада-мудре. Варада-мудра отсылает к жесту прошения милостыни, но как бы отзеркаливает его по смыслу. Будда, держащий руку в таком положении, сообщает о готовности проявить милость и прийти на помощь ко всем живым существам (19).

Ораторский жест, обозначавший ранее начало речи (судя по свитку в левой руке Бога-Отца, на иконе ниже он свидетельствует о начале проповеди), а позднее отразивший и первые буквы имени Иисуса Христа (мизинец — I, а скрещенные указательный и средний пальцы — X), почти с точностью повторён на буддийском полотне с притхви-мудрой, мудрой земли. Она не имеет ничего общего с христианским знаком, а служит для обращения к стихийной энергии и её активации.

Вариации этой мудры, призывающей силы стихий, очень характерны для буддийской иконографии. На полотне снизу — акаша-мудра, мудра эфира. Она тоже напоминает христианский жест с греко-римскими корнями: с протянутым указательным пальцем и мягко согнутыми средним, безымянным и мизинцем нередко изображают святых, указывающих на важность определённых строк священного писания, которое они держат в руках (18).

Смысловым аналогом жеста Николая Чудотворца на предыдущей иконе и Вседержителя на иконе ниже можно назвать витарка-мудру, символизирующую поучение, увещевание, дебаты (19).

Ниже — снова зеркальное совпадение, не имеющее семантического основания. Двуперстное знамение или обозначение прямой речи в сочетании с раскрытым Евангелием на иконе с Христом, видимо, означают проповедь. Идентичный жест статуэтки Будды — прана-мудра, — призван усиливать течение праны — священной жизненной энергии, — по телу.