Аннотация Во второй половине XIX века Япония перестает быть закрытой страной и туда начинают приезжать европейцы. Их облик и обыкновения вызывали у японцев огромный интерес. В то время газет в Японии еще не было, оперативная информация об иностранцах распространялась либо устно, либо с помощью цветных гравюр, которые получили название нисики-э («парчовые картинки»). Сейчас их коллекционируют и считают «произведениями искусства», но в момент выпуска они выполняли прежде всего информационную функцию. Это была дешевая продукция массового потребления. Таким образом, гравюры обладали огромной просветительской миссией. На этих гравюрах запечатлены самые разные эпизоды, связанные с жизнью европейцев или теми новшествами, которые они принесли. Изображению подлежали необычная внешность, одежда, пищевые привычки, интерьеры домов, утварь, средства транспорта и т. д. Нисики-э представляют собой ценный визуальный источник, по которому можно судить, как формировался образ европейца в Японии второй половины XIX века.
От редакции
Пути сближения Востока и Запада едва ли когда‑либо были прямыми, а в случае Японии это был путь не только извилистый, но путь с несколькими крутыми поворотами и остановками. Когда в Страну восходящего солнца в XVI веке пришли первые португальские корабли, а за ними последовали голландские суда, японцы отнеслись к ним с опаской и подозрением. Высокий рост, «болезненная» желтизна кожи, громкие голоса, стесняющая движения одежда узкого покроя и отсутствие приличествующих привычек снимать обувь при входе в дом и принимать позу сэйдза, сидя на татами, — все это делало европейцев «южными варварами» в глазах японцев. Были и более фундаментальные различия. Например, в том, что касалось восприятия времени, смены эпох. Если представить таймлайн японского искусства, то он во всем будет отличаться от европейского, ведь здесь не существует ни Античности, ни Средневековья, Ренессанса и Барокко. На этой стреле времени будет славная эпоха Хэйан, когда придворная дама Мурасаки Сикибу писала «Повесть о блистательном принце Гэндзи», будет эпоха Камакура, Муромати, Адзути-Момояма.
Утагава Садахидэ. Русские развлекаются в воскресенье в Йокогаме. 1861
Слева: Утагава Хиросигэ II. Голландский корабль на якоре у берегов Цусимы. 1859. Справа: Утагава Садахидэ. Прогулка американцев в Йокогаме. 1861
Утагава Ёсикадзу. На американском пароходе. 1861
Утагава Ёсиику. Люди всех наций. 1861
Утагава Ёсиику. Американец верхом на лошади и китаец со свернутым зонтиком. 1860
Утагава Кунисада. Отправление первого поезда с паровым локомотивом из Йокогамы. 1872
Цукиока Ёситоси. Паровоз на железнодорожных путях в Таканаве. Из серии «Знаменитые места Токио». 1872
Слева: Утагава Кунитеру. Экипажи в Таканаве, Токио. 1871. Справа: Утагава Садахидэ. Голландец и немец подписывают контракт в Йокогаме. 1861
Первые изображения иностранцев в японской цветной ксилографии (вторая половина XIX века)
Утагава Садахидэ. Западные торговцы загружают корабль в Йокогаме. 1861
Фактория голландской Ост-Индской компании напоминала резервацию: ее обитателям запрещалось приезжать с семьями, покидать остров Дэдзима, общаться с местным населением. Разумеется, запрещалось голландцам и вести миссионерскую деятельность. Христианство воспринималось как враждебная идеология, подрывающая основы японской государственности, — для христиан их Бог был важнее светского правительства. За год или два только пара голландских кораблей имела право зайти в залив Нагасаки. Неудивительно, что «средний» японец не знал о европейцах практически ничего. На этом фоне распространялись самые нелепые слухи — например, о том, что у европейцев нет пяток, поэтому они вынуждены приделывать к своей обуви каблуки.
Слева: Итирюсай Ёситоё. Англичане. 1861. Справа: Итирюсай Ёситоё. Голландец с чернокожим слугой. 1861
Европейцы отличались от японцев не только в антропологическом отношении (цвет кожи и глаз, овал лица, большие носы и т. д.), но также казались настоящими великанами — ведь в то время средний рост японца составлял 155 сантиметров у мужчин и 145 — у женщин. Европейцы были на 12–15 сантиметров выше. Кроме того, они производили намного более внушительное впечатление за счет упитанности. Пищевая диета японцев практически не знала жиров и мяса, и на взгляд европейца японцы зачастую выглядели настоящими «скелетами».
