К 2020-м годам радиоиндустрия претерпела значительные изменения. Некогда популярное эфирное FM-радио потеряло часть своей молодой аудитории, которая перешла к более удобным стриминговым сервисам.
По данным регулятора Ofcom, слушатели моложе 25 лет тратят лишь около четверти своего времени на традиционное радио. Это связано с тем, что цифровые платформы, такие как Spotify, предлагают бесконечные плейлисты «под настроение», которые формируются автоматически в соответствии с предпочтениями пользователя. Однако такой широкий выбор музыки вызвал так называемую «парадокс выбора» — ощущение усталости от необходимости постоянно выбирать, что слушать. В ответ на это в 2010-х годах возрос интерес к интернет-радио, где подбор музыки осуществляется людьми, а не алгоритмами.
Сегодняшнее онлайн-радио сочетает в себе традиции прошлых лет и современные технологии. С одной стороны, эти станции продолжают дух пиратского и студенческого радио прошлых десятилетий — ту же дерзость и независимость, что позволяла в 60-х и 70-х выходить за рамки официальных форматов. С другой стороны, интернет дал независимому радио глобальное поле и интерактивные возможности, немыслимые в эпоху FM. Географические барьеры исчезли: гиперлокальные студии (вроде исторического штаба NTS в лондонском Далстоне) вещают на весь мир, собирая нишевые сообщества меломанов из разных стран. Так, NTS начав как любительская станция для локальной сцены в 2011 году, к 2023-му превратилась в глобальный феномен с филиалами в Лос-Анджелесе, Манчестере, Шанхае, более чем 800 резидентами и тремя миллионами слушателей ежемесячно. Появились и полностью виртуальные карты эфира — проект Radio Garden насчитывает около 8000 интернет-радио по всему земному шару.
«Музыка говорит за себя — мы лишь предоставляем ей пространство», — объясняет со-CEO NTS Шон Маколифф
Феми Адееми, основатель NTS, подчёркивает, что изначально задумывал эту радиостанцию как пространство для «странной, интересной и разнообразной музыки», не ограничиваясь форматами традиционного радиовещания. Другими словами, NTS создавалось как «радио без жанров», где стилистические категории больше не являются препятствием для творчества.
На практике жанровая свобода NTS реализуется в деталях, которые редко заметны снаружи. Например, отсутствует единый музыкальный продюсер: редакторы лишь координируют расписание, но не вмешиваются в содержимое эфиров. Гость может прийти в студию с флешкой, винилом или вовсе без треков — и импровизировать час на синтезаторе. Внутри студии не предусмотрено форматного «часа для джаза» или «дня электронной музыки»: соседние шоу могут звучать как диджей-сет из 90-х кассет или как музейная коллекция редких инструменталов из Ливана. Некоторые эфиры идут в 3 ночи по Лондону, но собирают тысячи слушателей из Латинской Америки, потому что резидент — локальный герой перуанской сцены. Музыка программируется не по жанру, а по интонации, привязанности к культуре, или даже состоянию погоды — как, например, в утренних выпусках Flo Dill, где треклист может строиться от ощущения тумана за окном.
Станция NTS Radio, Лондон, 2021
В такой системе исчезает привычная роль жанра как опоры для слушателя. На традиционном радио жанр — это ориентир: он обещает определённый звук, настроение, контекст. NTS напротив лишает слушателя этой страховки: в эфире невозможно предугадать, что прозвучит дальше — и в этом не тревожность, а драйв. Постепенно у аудитории вырабатывается новый навык слушания: вместо распознавания жанров — внимание к структуре, к интонации переходов, к логике микса. Жанр перестаёт быть формой каталогизации и превращается в материал для игры, сопоставления, сдвига. Радио становится не архивом, а пространством, где музыка не классифицируется, а интерпретируется каждый раз заново разными диджеями и музыкантами.
В данном исследовании я рассматриваю, каким образом NTS Radio превращает стилистическую эклектику в последовательный нарратив, размывая жанровые границы с помощью звукового синтеза, кураторских решений и выразительного визуального языка. В центре внимания — шесть-восемь выпусков площадки, где экспериментальный нойз соседствует с танцевальной электроникой, джазовыми импровизациями и глобальными фолк-мотивами, образуя единое звуковое полотно. Цель работы — выявить механизмы, благодаря которым кажущийся хаотичным поток композиций превращается в осмысленную историю и расширяет представления о жанровой идентичности.
Методология исследования сочетает детальный разбор трек-листов и аудиозаписей, анализ визуального оформления выпусков и интервью с ведущими. Этот многослойный подход позволяет одновременно проследить логистику музыкальных переходов, разобраться в кураторских мотивациях и соотнести звук с его графическим отражением.
Каждая глава строится вокруг трёх взаимосвязанных уровней анализа. Во-первых, изучаются структурные паттерны микса — ритмические контрасты, темповые сдвиги и тембральные переклички, формирующие эмоционально-энергетическую «арку» программы. Во-вторых, рассматриваются кураторские стратегии: использование исторических параллелей (например, сопоставление венского минимализма с афрофутуристским техно) и личных референсов, как у Debonair, описывающей подбор треков как «естественное отражение внутреннего плейлиста». В-третьих, анализируется в отдельных случаях визуальная семиотика: от обложек выпусков до метафор в описаниях и абстрактных иллюстраций, которые усиливают ощущение гибридности и подчеркивают единство контента.
Эклектика как авторская анархия
Джон Пил перебирает пластинки, середина 1960х
В истории радио дух «анархии эфира» ассоциируется, прежде всего, с несколькими яркими личностями. Особенно выделяется Джон Пил и его ночное шоу The Perfumed Garden, которое вышло в эфир на пиратской радиостанции Radio London в 1967 году.
Пил отказался от традиционных плейлистов и начал включать в программу самые разнообразные композиции: от британского фолка и психоделии до прогрессивного рока и авангардной электроники. Его шоу стало редким примером того, как радио может стать пространством для свободного музыкального эксперимента и выражения личных вкусов, не скованных индустриальными стандартами.
Слева / вход с кодовым замком и домофоном, типичный для студийных пространств с ограниченным доступом Справа / приёмник автомобиля, настроенный на радиостанцию KOOL FM (94.6 FM) в 8:00 утра
Однако этот опыт стал скорее исключением, чем правилом. После закрытия пиратских станций в конце 1960-х годов радиоформаты, как государственные, так и коммерческие, стали быстро стандартизироваться. Эфиры всё чаще строились вокруг чётко определённых плейлистов и жанровых рамок. К 1980-м годам на смену независимым радиостанциям пришли целые музыкальные сцены и сообщества: джангл, гараж, хип-хоп — каждая из новых пиратских станций обслуживала свой звук и свою аудиторию. Одним из самых ярких примеров стала Kool FM, основанная в 1991 году. Эта культовая джангл-станция стала голосом одной сцены, но при этом была жёстко ограничена её эстетикой. Радио вновь стало узкоспециализированным, даже если и оставалось вне закона.
«Пиратские радиостанции были зациклены на конкретном звучании — да и мейнстрим-радио тоже. Но ведь в Лондоне так много разных вкусов… Почему бы нам не запустить что-то, где звучит всё подряд? Пусть он будет как можно более разносторонним», — вспоминает Феми Адейеми, основатель NTS.
Мерч NTS Radio «Don’t Assume», 2020
Запущенная в далстонском подвальчике в 2011-м, NTS сразу вынесла на заголовок сайта лозунг «DON’T ASSUME» — заимствованный с одноимённой free-jazz-пластинки Maggie Nicols & Peter Nu и нанесённый теперь и на кепки, и на худи, и на фирменные ботинки в коллаборациях с adidas Originals и Dr. Martens. Фраза «не предполагай заранее, что прозвучит» отражает главный принцип их эфира: пока горит индикатор ON-AIR, жанровые ожидания отходят на второй план.
Обложка эпизода Soup To Nuts w/ Anu, посвящённого Рюити Сакамото, 2023
Кредо станции — лаконичное «DON’T ASSUME» — оживает уже в сетке вещания. Ровно в полдень каждого буднего дня стартует слот Soup To Nuts, у которого есть лишь одна постоянная черта — отсутствие постоянного ведущего. Каждую неделю за пультом стоит новый резидент, и вместе с ним исчезают любые преграды. На одной странице архива подряд стоят: випер-сэт Soup To Nuts w/ Tash LC (12 мая 2025; теги — Samba / Funaná / Dancehall / Highlife), неделей раньше — пост-панковый час Fergus Clark (New Wave / Post-Punk / House), ещё через несколько дней — синт-поп-дуб от babyschön. Сама рубрика на сайте описана предельно просто: «Let NTS brighten up your lunchtime hours» — мол, обед будет ярким, а вот каким — не угадаешь.
Паулину Виейра, живая легенда Кабо-Верде: мультиинструменталист, продюсер и пионер современного звучания фунана, конец 1980-х (один из последних выпусков был посвящен его творчеству)
В миксе Soup To Nuts с Tash LC (12 мая 2025) через пять треков показано, как ритм меняется, сохраняя свою основу. Начинается с бразильской самбы Jamelão «Quem Samba Fica» — здесь ритм живой, двухдольный, с медными духовыми. Затем Lilly Tchiumba вводит кабо-вердианскую аккордеонную фунана, ускоряя темп и усиливая синкопу. Alex Konadu дробит ритм на мелкие доли, используя ганскую гитару в стиле palm-wine highlife. Toyan замедляет пульс, но усиливает тяжёлые акценты слабых долй, как в ямайском дэнсхолле. В финале появляется AMMAR 808 с электроафриканским треком «Douri Douri», где TR-808 бас смешивается с барабанами.
Каждый трек сохраняет ядро многослойного ритма, меняя лишь культурный контекст и звуковую среду: медные тона самбы уступают место синкопе аккордеона, затем вес ритма переходит к гитаре, потом к низкому басу с акцентом на слабую долю, а в финале цифровая перкуссия соединяется с живым барабаном. Такая структура подчёркивает органичный переход от analog к digital и демонстрирует, как один и тот же пульс становится связующим звеном между Бразилией, Кабо-Верде, Ганой, Ямайкой и Магрибом.
География этого музыкального путешествия охватывала страны от Рио до Туниса, но все композиции объединяла одна общая черта — плотные атлантические полиритмы. Tash LC подчеркивала эту связь, вставляя короткие ремарки о «путешествии барабана», что превращало резкие жанровые переходы в целостный рассказ о постколониальной циркуляции ритма. В итоге получилось анархичное, но логичное звуковое путешествие, которое за пять треков полностью обнуляло любые ожидания слушателей и служило идеальным мостом к ещё более радикальным коллажам вечерних шоу.
Елена Коломби, Лондон, 2020
Вторым примером хаотичного подхода к эклектике можно считать ежемесячное шоу Елены Коломби. Итальянская диджейка Елена Коломби прославилась на NTS своим бесстрашно эклектичным стилем. Каждая её передача — своего рода звуковой коллаж из фрагментов разных эпох и сцен: от индустриального андеграунда 80-х до новой волны балеарики, от редкого эмбиента до пост-панка и EBM. NTS даже предупреждает слушателей в описании: «Елена помогает сделать понедельники чуднее — ожидайте самый разный бодрый винил: от техно до пост-панка, через EBM, индастриал и new wave…». И действительно, включив её шоу, можно услышать, как в одном сете соседствуют, казалось бы, несовместимые вещи.
Обложка микса Елены Коломби при участии Combe и Доминики Мазуровой, 2025
Например, выпуск Elena Colombi от 14 апреля 2025 года начинается с загадочной этно-ambient-композиции Lola V. Stain — «Makova Polja», затем резко переходит к экспериментальному техно-ритму Mind Over Rhythm — «Big Warm Glo», а следом за ними звучит современный bass-трек Simo Cell — «Rainbow Dance». Такая последовательность впечатляет контрастом: эфемерные балканские звуки сменяются тёплым британским техно из 90-х, за которым внезапно вступает свежий клубный бит из Франции. Однако внутри шоу эти переходы ощущаются логичными — Коломби выстраивает их по нарастающей энергетике и ритму. От медитативного вступления она подводит слушателя к более бодрому темпу, сохраняя экспериментальный характер звучания.
«Мой вкус — анархичен, но именно он всё склеивает», — объясняет сама Елена принцип своих сетов
Коломби почти никогда не планирует сет заранее. Вместо строго выстроенного сценария она отталкивается от одной композиции, которая особенно зацепила её в данный момент. От неё задаётся настроение — и дальше всё развивается спонтанно, без заранее заданных рамок. Этот подход можно назвать анархичным: он отвергает внешнюю дисциплину в пользу внутренней интуиции.
Однако анархия у Коломби — способ довериться чувствительности, выстроить личную траекторию внутри эклектичного поля. В результате даже самый пёстрый набор треков пронизан субъективной логикой: настроение, тональность, энергетика создают внутренний порядок, не навязанный, но выстраданный.
