Original size 2347x3450

Конструкция образа: визуальный миф Виктора Цоя в объективе фотографов

This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes

Original size 3095x337

I. Концепция II. Цой-поэт: камерный и глубокий образ III. Цой-рокер: образ энергии и стиля IV. Цой-икона: работа с символами V. Цой-человек: образ «своего парня» VI. Заключение

Original size 3095x337

Визуальный образ Виктора Цоя, лидера группы «Кино», давно перестал быть просто портретом музыканта, превратившись в одну из главных икон советской и постсоветской культуры. Эпоха позднего СССР, с её «застоем» и «перестройкой», породила Цоя как голос поколения, ищущего новые смыслы и формы самовыражения вне рамок официальной идеологии. Его образ, одновременно отстранённый и пронзительно искренний, идеально соответствовал запросу на подлинность в мире, где реальность всё чаще расходилась с пропагандой.

Однако тот легендарный, «канонический» облик Цоя, который мы знаем сегодня, — это не просто случайный продукт личной харизмы или спонтанного медийного процесса. Это сложный визуальный конструкт, намеренно и мастерски созданный группой ключевых фотографов. Каждый из них, подобный архитектору, привнёс в этот образ свою уникальную деталь, работая в собственном, узнаваемом стиле.

Данное исследование исходит из гипотезы, что «канонический» образ Виктора Цоя является не стихийно сложившимся феноменом, а результатом целенаправленного визуального конструирования. Для проверки этой гипотезы ставится задача анализа сложившегося образа и индивидуальных стратегий ключевых фотографов — как советских, так и зарубежных, каждый из которых выступил соавтором этой коллективной работы, внося уникальный вклад в окончательный результат.

Ключевой вопрос, на который предстоит ответить: каким образом разные фотографы с их уникальными подходами создали различные, порой даже противоречивые, грани одной легендарной личности, которые в итоге органично сплелись в единый и прочный образ?

Структурно работа разделена на четыре аналитические главы, каждая из которых посвящена определенной грани образа и работе конкретных фотографов.

Первая глава фокусируется на конструировании образа Цоя-поэта через призму творчества Юрия Холмогорского, Геннадия Черкасова, Натальи Разлоговой и Натальи Васильевой-Халл. Анализ их камерных, почти интимных портретов позволяет раскрыть, как с помощью игры света и тени, мягкого естественного освещения и внимания к моменту уединения создавался образ глубокого, задумчивого творца, далекий от звездного глянца. Эти снимки формируют внутренний, психологический фундамент мифа.

Вторая глава переходит к образу Цоя-рокера, сформированному Александром Астафьевым, Дмитрием Конрадтом и Валентином Барановским. Здесь исследуется энергетика и динамика «живых» кадров со сцены, где через резкость, движение и непосредственность фиксируется харизма публичной звезды и неформального символа поколения.

Третья глава анализирует Цоя-икону в работах таких авторов, как Сергей Шапран, Валентин Скляров, Виктор Лаврешкин и Джоанна Стингрей. Рассматриваются сознательно постановочные, символически насыщенные кадры, которые были изначально ориентированы на тиражирование и превращение артиста в вневременной визуальный архетип.

Четвертая глава, через бытовые и репортажные снимки Игоря Мухина, Натальи Васильевой-Халл и Джоанны Стингрей, демонстрирует финальный элемент конструкции — Цоя-человека, «своего парня». Эта визуальная стратегия, показывающая артиста в моменты непринужденного общения, в транспорте, на прогулке, не разрушала, а, парадоксальным образом, укрепляла миф, добавляя ему человечности, аутентичности и правдоподобия.

В заключении будут синтезированы выводы, демонстрируя, как именно эти четыре ключевые грани — поэт, рокер, икона и человек — благодаря работе «фотографов-конструкторов», сложились в тот единый визуальный конструкт, который продолжает существовать и сегодня.

Original size 3095x337

Цой был человеком с внутренним миром, полным меланхолии и саморефлексии. Если образ рокера — это внешняя энергия, то образ поэта — это его скрытая, глубинная суть. В этой главе фотографы подходят к герою не как к звезде, а как к сложной, творческой личности. Их снимки не кричат, а ведут безмолвный диалог со зрителем, создавая пространство для созерцания. Мы проанализируем, как с помощью композиции, работы со светом и выбора момента создавался этот интимный и задумчивый портрет поколения.

Original size 1024x683

в Желтых Водах, фото — Ю.Холмогорский

Original size 3337x2423

на фоне кинотеатра «Мир», фото — Ю.Холмогорский

На фотографиях Юрия Холмогорского есть контакт со зрителем, но он не публичный, а глубоко личный. Крупный план обнуляет все лишнее, заставляя зрителя смотреть в глаза герою. Этот прием создает иллюзию диалога, близости. Фотограф не конструируют звезду, а показывают человека, что является фундаментом для мифа о «чувственной, глубокой личности».

фото — Г.Черкасов

«Я считаю, что Виктор Цой, в первую очередь, это поэт, причём поэт фантастический по точности, по попаданию в дух времени». (1)

Original size 3420x1730

фото — Г.Черкасов

Геннадий Черкасов создал, возможно, самые пронзительные и психологически точные портреты Виктора Цоя. Его фотографии — это всегда глубокий диалог с внутренним миром героя. Черкасову удавалось поймать то самое «поэтическое» состояние отрешенности и сосредоточенности на своих мыслях. Характерная черта этих работ — взгляд Цоя, почти всегда направленный в сторону от камеры, что создает мощный эффект присутствия и одновременно дистанции, будто мы подглядываем за моментом тихого созерцания.

Original size 3099x1879

фото — архив Н.Разлоговой

фото — архив Натальи Разлоговой

«Все говорят что надо кем-то мне становиться, а я хотел бы остаться собой». (2)

В отличие от многих фотографов, стремившихся к созданию законченного художественного образа, Наталья Разлогова работала как документалист. Ее фотографии ценны своей абсолютной неподдельностью. Они не конструируют миф, а фиксируют жизнь внутри него. Именно эта будничность, лишенная какого-либо пафоса, создает мощнейший эффект присутствия и доверия, укрепляя веру в то, что иконный образ был основан на реальном, подлинном человеке.

Original size 3364x2530

фото — Н.Васильева-Халл

Фотографии Натальи Васильевой-Халл занимают особое место в визуальной биографии Цоя. Снятые в домашней обстановке, они мастерски балансируют на грани бытового репортажа и психологического портрета. Цой на этих снимках предстает не просто «своим парнем», занятым обыденными делами, а настоящим и живым человеком, в глазах которого читается та самая глубина, составляющая суть его поэтического дара. Васильева-Халл не просто фиксирует моменты жизни, она ловит те секунды, когда внутренний мир героя проступает сквозь внешнее действие.

Вместе эти четыре взгляда создали не просто образ «поэта» или «человека» — они создали убедительное визуальное доказательство сложной внутренней жизни Цоя. Эта коллекция «тихих» кадров стала фундаментом всего мифа, его эмоциональным и психологическим обоснованием. Они ответили на вопрос «о чем он пел?», показывая не сцену, а источник — самого человека, погруженного в постоянное осмысление окружающего мира.

Original size 3095x337

Если первая глава была посвящена «внутреннему» Цою — задумчивому, камерному, погруженному в себя, то вторая исследует его полную противоположность: публичную, энергичную личность рок-н-ролльной звезды. Этот образ был сконструирован не в тишине мастерских, а в эпицентре звука и движения — на сцене, за кулисами, в разгар концертного ажиотажа. Фотографы стали главными летописцами этой «внешней» энергии. Их задача заключалась не в том, чтобы показать глубину мысли, а в том, чтобы зафиксировать взрывную харизму, физическую отдачу и тот самый «стиль», который стал визуальным манифестом поколения.

Original size 3488x1632

фото — В.Барановский

Original size 3368x2236

фото — В.Барановский

«Ну, а что, собственно, Виктор Цой на сцене? Стоит человек с гитарой и поет. Все. Ну, сидит этот человек, пьет чай… Это не одно и то же. Это разные вещи — пить чай и играть на гитаре. Но, в принципе, я точно также сижу дома, играю на гитаре, как и на сцене». (3)

фото — В.Барановский

Original size 3494x2333

фото — В.Барановский

Original size 3456x644

фото — В.Барановский

Барановский делал фоторепортажи с концертов и фестивалей Ленинградского рок-клуба в течение всех 1980-х (4). Его сценические фотографии часто демонстрируют более целостный, композиционно выверенный взгляд. Валентин Барановский запечатлевал Цоя не только в моменте пения или максимального напряжения, но и в полном слиянии с музыкой, в процессе управления звуком и взаимодействия с инструментом. Эти кадры показывают рок-музыканта не как одержимого демона сцены, а как виртуозного мастера своего дела, чье мастерство и концентрация были не менее харизматичны, чем его эмоциональные всплески.

Original size 3472x2456

выступление «Кино» в ДК МЭЛЗ на арт-рок параде «Асса», Москва, март 1988 года, фото — А.Астафьев

Original size 0x0

Виктор Цой. БСА «Лужники». Москва, 24 июня 1990 года, фото — А.Астафьев

Визуальная мощь сценических фотографий Цоя заключается не столько в фиксации изолированного эмоционального всплеска, сколько в их способности передать состояние полного растворения исполнителя в музыке и энергии зала. Александр Астафьев сумел остановить именно те мгновения, где грань между Цоем-человеком и Цоем-проводником звука исчезает. Его кадры — это не портреты кричащего или прыгающего артиста, а визуальная репрезентация самого трансового состояния рок-н-ролла, где музыка становится осязаемой средой, а музыкант — ее органичной, почти стихийной частью.

группа «Кино» на фестивале «Литуаника». Вильнюс, 23 мая 1987 года, фото — Д. Конрадт
«Кино» в ДК им Я. Креукса. Таллин, 5 октября 1986 года, фото — Д. Конрадт

Виктор Цой. ДК им. Шелгунова. Ленинград, 4 января 1986 года, фото — Д. Конрадт
выступление группы «Кино» в Вильнюсе на фестивале «Литуаника». 23 мая 1987 года, фото — Д. Конрадт

Снимки группы «Кино» и Виктора Цоя авторства Конрадта занимают важнейшее место в архиве ленинградского фоторока. Особенно примечательны фотопортреты Виктора Цоя. Дмитрий Конрадт запечатлел характерные для Цоя пластику движений, позы, выражения лица, которые недвусмысленно выражают сценический образ «последнего героя», сочетающего в себе несовместимые качества — безграничную свободу и глубочайшую меланхолию, твердость и неуверенность, романтизм и сосредоточенность (4).

Вместе эти три взгляда создали исчерпывающий и убедительный конструкт: Цой-рокер предстает не просто как артист на сцене, а как проводник и воплощение энергии целого поколения — одновременно стихийная сила и профессиональный мастер. Именно этот синтез сделал его сценический образ абсолютной иконой, чья мощь ощущается даже в статичной фотографии.

Original size 3095x337

Если предыдущие главы исследовали, как фотографы фиксировали «естественные» состояния Цоя, то данная глава посвящена обратному процессу: сознательному и целенаправленному созданию иконографии. Речь идет о фотографиях, которые с самого момента своего появления были ориентированы не столько на документирование реальности, сколько на создание мощного, лаконичного и легко тиражируемого символа. Фотографы этой волны мыслили категориями плаката, знака, иконы. Их задача заключалась в том, чтобы отсечь все лишнее, случайное и бытовое, оставив только чистый, сконцентрированный образ, готовый к массовому воспроизводству и наделенный почти сакральным смыслом.

Original size 3196x2058

фото — С. Шапран

Original size 3309x2299

фото — С. Шапран

«У меня был с собой „Зенит“ — я тогда только начал фотографировать, и фотовспышку, которую одолжил у товарища, держал в руках впервые. Вспыхнув один раз, она больше не сработала, и я предложил Цою выйти на улицу — думал сфотографировать его на фоне многолюдных трибун, однако он отказался и встал возле стены. Еще, помню, сказал: „Не могу на вас смотреть — солнце в глаза светит“. Собственно, Цой и срежиссировал три моих кадра (5)».

— Сергей Шапран

Фотосессия журналиста Сергея Шапрана представляет собой следующий этап мифологизации — адаптацию образа Цоя для задач массовой культуры. Эти снимки, сделанные для всесоюзных СМИ, демонстрируют, как харизма музыканта была упакована в формат, понятный и привлекательный для широкой аудитории. Здесь на первый план выходят не отстраненность, а уверенная, осознанная работа с камерой, гламур и обаяние звезды, сознательно идущей на контакт со зрителем.

фото — В.Скляров
фото — В.Лаврешкин

Впоследствии, именно эти фотографии Цоя и «Кино» стали каноническими и легендарными. С фотографий Лаврешкина и Склярова было напечатано множество различных плакатов и постеров, которые продавались на концертах группы во всём Советском Союзе. Также некоторые из этих фотографий использовались при оформлении афиш концертов в ДС «Юбилейный» в декабре 1988 года (6).

Original size 3151x2101

фото — Д. Стингрей

Таким образом, в этой главе фотография окончательно переходит из области документа в область сакрального искусства. Созданный образ — это не Цой-человек, а Цой-Идея: вечный, загадочный и бесконечно далекий, чья сила заключается именно в этой нарочитой, срежиссированной недоступности, какой-то недосказанности. Эта визуальная стратегия обеспечила образу его вечность.

Original size 3095x337

Эта глава исследует, как в визуальный нарратив вплеталась его «человеческая», бытовая составляющая. Парадоксальным образом, кадры, показывающие Виктора Цоя в непринужденной обстановке — за работой в мастерской, в моменты отдыха, в кругу друзей — не развенчивали созданный миф, а, напротив, укрепляли его, делая незыблемым. Фотографы фиксировали не просто быт, а аутентичность, которая становилась окончательным доказательством правды его образа. Их снимки создавали эффект «достоверного присутствия», убеждая зрителя: тот, кого боготворили на сцене, и в жизни был тем самым «своим парнем» — подлинным, лишенным напускного пафоса и потому настоящим.

Виктор Цой и Каспарян (Кино), Ленинград, 1986, фото — И.Мухин
Метрополитен. Виктор Цой, Москва, 1986, фото — И.Мухин

Original size 3469x2309

Виктор Цой в автобусе, Москва, 1986, фото — И.Мухин

фото — И.Мухин
Виктор Цой, квартирник, Москва, 1986, фото — И.Мухин

Игорь Мухин запечатлел его «своим» в динамике жизни. Его фотографии — это репортаж изнутри тусовки. Мухин не вырывал Цоя из контекста, а показывал его естественную жизнь в промежутках между концертами: в автобусе, у входа в метро, в моменты простого человеческого общения. Эти кадры не просто фиксируют быт — они показывают естественность и отсутствие звездной болезни, которые были ключевыми чертами мифа о «своем парне». Цой здесь — не икона, а коллега, попутчик, друг, такой же участник общей жизни, как и все вокруг.

Original size 3453x2290

фото — Н.Васильева-Халл

«Ни слава, ни деньги, которые пришли к нему в последние два года, его никак не изменили. В моей памяти он навсегда остался добрым, честным и скромным парнем» (7).

— Юрий Айзеншпис, «Зажигающий звёзды. Записки и советы пионера шоу-бизнеса», 2005

фото — Н.Васильева-Халл

Original size 3291x2285

фото — Н.Васильева-Халл

Фотографии Натальи Васильевой-Халл стали ключевыми в конструкции образа «Цоя-своего парня». Она снимала Цоя не как монумент, а как живого человека в моменты подлинной, а не постановочной жизни. Именно эта «неидеальность» и стала главной силой этих фотографий. Они не разрушали харизму Цоя, а, напротив, очеловечивали его, делая образ ближе, понятнее и, как следствие, — прочнее. Васильева-Халл доказала, что можно быть иконой для миллионов, оставаясь при этом «своим парнем» — с искренней улыбкой и без защитных масок.

Original size 3453x2240

Виктор Цой и Юрий Каспарян, фото — Д. Стингрей

Виктор Цой с сыном Сашей, фото — Д. Стингрей

Original size 3411x2274

Виктор Цой в котельной «Камчатка», 1987 год, фото — Д. Стингрей

Кадры Джоанны Стингрей представляют собой уникальный феномен. Будучи близкой подругой музыканта и группы «Кино», она получила беспрецедентный доступ в их частное пространство. Ее фотографии — это не взгляд стороннего наблюдателя или профессионала, создающего образ, а взгляд друга, сотоварища по жизни и творчеству. Это визуальный дневник, наполненный интимностью, непосредственностью и полным отсутствием дистанции.

Все эти фотографы вместе создали окончательный, неразрушимый конструкт: Виктор Цой был подлинным. Его иконный статус оказался прочно укоренен не в недосягаемости, а в этой доказанной аутентичности. Образ «своего парня» не противоречил образу кумира, а становился его главной опорой, делая миф о Цое не просто красивой легендой, а чем-то безоговорочно настоящим и личным для миллионов людей.

Original size 3095x337

Проведенное визуальное исследование дает однозначный ответ на ключевой вопрос: прочный и целостный образ Виктора Цоя был сконструирован не вопреки различиям в подходах фотографов, а благодаря этой множественности. Каждый из рассмотренных авторов, со своим уникальным стилем и задачами, выстраивал не конкурирующие версии, а взаимодополняющие грани одной сложной личности, создавая тем самым эффект мифа.

Уникальность и прочность визуального мифа о Цое заключается в его сложносоставной природе. Зритель интуитивно верит в этот образ, потому что он подкреплен «уликами» разного порядка: психологическими (поэт), энергетическими (рокер), сакральными (икона) и, наконец, человеческими (свой парень). Именно совокупность таких разных, на первый взгляд даже противоречивых, взглядов и создала того Цоя, которого мы «помним» и продолжаем видеть сегодня, целостного, сложного и вечно живого.

Bibliography

Show

Карта слов и выражений русского языка. URL: https://kartaslov.ru/цитаты/Цитаты_о_Викторе_Цое (дата обращения: 17.11.2025)

20 сильных цитат Виктора Цоя // Adme.Media. URL: https://adme.media/articles/20-silnyh-citat-viktora-coya-1017110/ (дата обращения: 17.11.2025)

Короткие цитаты о Викторе Цое // Комсомольская правда. URL: https://www.kp.ru/daily/27286/4422903/ (дата обращения: 17.11.2025)

Вальран В. Советская фотография. 1956–1986. — 2023. — ISBN 978-5-6047884-2-4. — С. 694–706.

Цитаты о Викторе Цое // Wikiquote. URL: https://ru.wikiquote.org/wiki/Цитаты_о_Викторе_Цое (дата обращения: 17.11.2025)

Сообщество ВКонтакте. URL: https://vk.com/wall-1090630_798350 (дата обращения: 17.11.2025)

Короткие цитаты о Викторе Цое // Комсомольская правда. URL: https://www.kp.ru/daily/27286/4422903/ (дата обращения: 17.11.2025)

Image sources

Show

https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/1712337/pub_5de4f0e1e4f39f00b2d643fd_5de4f3f41e8e3f00b2d1d68b/scale_1200 (Дата обращения: 18.11.2025)