Большинство того, что мы знаем об истории нашей жизни, мы знаем из архивов. Но что делать в случае, когда архивы отсутствуют?
На протяжении всей истории существует проблема поднятия архивов о сексуальном рабстве, поскольку большая их часть отсутствует. Конкретные истории заминались, а об именах можно узнать лишь из бухгалтерских отчётов. Однако и это не даёт какой-либо информации, кроме имени.
В 2017 году художница из Южной Кореи Ким-Жандри Кымсук выпустила комикс под названием «Трава», сюжет которого основан на интервью с Ли Оксон — женщиной, попавшей на станцию утешения во время Второй Мировой войны. По ходу повествования авторка рассказывает об историях жизни женщин, которые были проданы в раннем возрасте и увезены далеко от дома. Этот комикс — яркий пример того, что скрывает за собой многовековая история и что замалчивается в газетах и отсутствует в официальной документации, а содержится лишь в человеческой памяти, которая, к сожалению, тоже не безгранична.
Первая глава моего визуального исследования посвящена процессу похищения и выкупа молодых девушек на станции утешения. Информация в этом блоке взята непосредственно из самого интервью с Ли Оксон, а также из интервью с госпожой Кан, которое было переведено с корейского языка на русский Школой Востоковедения НИУ ВШЭ в исследовательском проекте «Историческая память в Китае, Корее и Японии», а также из ещё нескольких интервью, которые переводились мной самостоятельно.
Вторая глава содержит в себе анализ истории Ли Оксон с точки зрения жестокости ограниченности архива и параллельный анализ графических способов передачи информации, которые использует Ким-Жандри Кымсук, чтобы визуализировать услышанное и передать те чувства и эмоции, которые невозможно передать лишь словами.
Третья глава, последняя, содержит в себе анализ вопроса «Зачем писать историю насилия» на основании эссе Садии Хартман «Venus in two acts», которая и поднимает этот вопрос, и непосредственно, на комиксе «Трава». В качестве аргументов приводятся отрывки из интервью с другими жертвами: Ли Ёнсу, Ли Киджон, госпожой Кан.
Основной способ раскрытия проблемы — отрывки из интервью с женщинами, ставшими жертвами «станций утешения» и визуальный ряд, состоящий из фрагментов комикса «Трава».
Такая последовательность глав была выбрана с целью поэтапного погружения в проблему и её подробного раскрытия. Так, сначала происходит описание проблемы с местом её действия, а дальше она раскрывается на конкретных примерах.
После прочтения эссе Садии Хартман и посещения музея истории ГУЛАГа меня тронула одна мысль: поднятие исторических архивов, связанных с сексуальным насилием, является гораздо более тяжёлой задачей, чем поднятие иных исторических архивов, поскольку сексуальное насилие на протяжении всей истории было принято замалчивать. Мне захотелось углубиться в эту тему и проанализировать, действительно ли это так и придать жертвам лица и голоса.
Глава 1 Что такое Станции Утешения
Отрывок из комикса «Трава», где говорится о сути «Станций утешения».
В 1932-1945 гг. на оккупированных Японией территориях создавались «станции утешения» — военные бордели, где женщины, принудительно или добровольно (добровольно туда шли в основном японские женщины, работавшие по контракту) обслуживали солдат и офицеров японской армии.
«Станции утешения» — пример сексуального рабства, поскольку занятых на них женщин доставляли туда обманным путем с оккупированных территорий в рамках кампании по трудовой мобилизации или под видом предложения работы, о сути которой им не сообщали. Взрослых женщин и маленьких девушек принуждали оказывать сексуальные услуги солдатам японской армии с целью «утешить» героев страны — отсюда и пошло название.
За этот короткий период существования через «станции утешения» прошли 410 тысяч женщин разных возрастов из Китая, Кореи, Тайваня.
В одном только Китае, после открытия самой первой станции утешения в Шанхае, всего существовало около 280 борделей для японских солдат и офицеров. Такие подсчеты были сделаны на военном заседании 1942 года самими японцами. Однако точных данных по поводу других стран нет вовсе.
Солдаты отзывались о «Станциях» как об общественных туалетах, а к девушкам там относились как к предметам общего пользования.
Женщины, у которых брали интервью, говорили о «Станциях утешения» как о «настоящем аду», где могли быть как взрослые женщины, так и маленькие девочки. Ко всем относились одинаково и ото всех одинаково скрывалась информация о сути данного места.
Отрывок из интервью с госпожой Кан: «Однажды мне сказали: „Доа! Если ты пойдёшь, куда тебе скажут, ты разбогатеешь. Сможешь есть досыта!“ Я тогда рассудила, что так и я смогу нормально есть и одеваться и мои родители, братья и сестры тоже смогут хорошо жить... Тогда почему бы и не попробовать? Они сказали, что могут забрать меня в любой день. Говорили, если пойти туда и немного поработать, можно будет отправлять деньги домой. Если я туда пойду и буду делать, как они говорят, тогда ведь и родители смогут нормально жить. Я пошла с этими мыслями».
«Родители знали только, что деньги будут приходить хорошие».
Фрагмент из комикса «Трава». Слова матери Ли Оксон, когда её дочь уводили.
«Я думала, буду еду готовить или что там... убираться буду. Даже в мыслях не было другой работы. Такое даже в страшном сне не приснится. Думала, что меня будут заставлять готовить или стирать. Или убираться — я так думала. А надо было о другом тоже подумать. Если бы знала всё заранее, пошла бы за ними? Может быть, просто утопилась бы в речке. Да и семья меня бы не пустила. В семье нас было много, еды мало, поэтому, когда сказали, что дадут много денег — они и отправили» — говорила госпожа Кан.
В подобном неведении пребывали все девушки, которых отправляли на «Станции». Чаще всего солдаты обещали родителям молодых девушек качественное образование, большое количество денег и еды. Желая обеспечить своему ребёнку лучшее будущее, большинство соглашалось, не зная, что стоит за этими обещаниями.
Из воспоминаний Ли Оксон, о том, как девушки оказывались на «Станциях».
Солдаты чаще всего были грубы с женщинами и относились к ним как к вещам.
В своём интервью Ли Ёнсу говорила: «Мы принимали по четверо-пятеро солдат в день. Во многих случаях их было более 20. Иногда нам приходилось бежать по несколько раз в день из-за воздушных ударов, но желание солдат не исчезало даже тогда».
Ли Киджон в своём интервью говорила о более ужасающих цифрах: «Охранники ничего не объяснили людям, которые были доставлены. К нам приходило по 40-50 солдат в день. Я хотела сбежать, но была слишком напугана. „Если ты скажешь нет, тебя побьют. Если ты убежишь, тебя убьют, так что тебе придется терпеть боль.“ Я думала, что умру и заплачу, но что я вообще могла сделать?»
О жестокости солдат.
Из воспоминаний Ли Оксон, о жестокости солдат на «Станциях».
Глава 2 Жестокость ограниченности архива
Ким-Жандри Кымсук, «Трава».
В книге Кьяры Валли, Элины Видарссон и Алина Деревянко «Искусство, которое создает наследие. Шведский и беларусский взгляды на искусство и наследизацию» есть глава про искусство, которое делает скрытое наследие видимым. Фраза «Политическое действие по созданию наследия часто становится возможным при помощи добавления, выявления, выделения, раскрытия и рассказа историй, которые игнорировались или заглушались в официальном дискурсе наследия» может быть применима к различным медиумам, стремящимся рассказать историю. И точно так же она применима к области комикса. На протяжении всего исследования я буду приводить примеры из комикса «Трава», поскольку на данный момент на является наиболее ярким и репрезентативным примером того, что скрывалось историей и как это можно рассказать обществу.
В этой главе я хочу подробнеее рассказать жестокость ограниченности архива на примере визуального языка в комиксе и подкрепляя свои тезисы отрывками из самого комикса, поскольку информация там взята из интервью с Ли Оксон, а также из других интервью с женщинами со «станций утешения».
Ким-Жандри Кымсук, «Трава».
Война — это всегда страшно, но страшнее — неизвестность, которая за ней стоит, и то, что мы можем не знать на протяжении огромного количества времени. Большинство событий не подвергаются архивированию и никак не документируются, поэтому информация о них собирается из различных сторонних источников. К счастью, иногда есть возможность узнать о происходившем из первых уст.
Как уже было сказано ранее, Ким-Жандри Кымсук, авторка комикса «Трава», взяла интервью у женщины, попавшей на «Станцию утешения» и сделала на его основе комикс, рассказывающий историю самой женщины, а также её знакомых и всех других женщин, бывших на станциях вместе с ней. В данном случае, если верить Садии Хартман (эссе «Venus in Two Acts»), Ли Оксон — Венера, которая является голосом множества женщин, которые так и не смогли поведать свои собственные истории.
Ким-Жандри Кымсук, «Трава».
Один из наиболее частых приёмов, которым пользуется авторка комикса — тишина, создающаяся за счёт пустых фреймов. Такой приём используется для передачи эмоций и чувств героев. Пауза нужна, чтобы читатель смог замереть на мгновение и прочувствовать ситуацию вместе с персонажами.
Есть тип ужаса, который невозможно передать словами и его возможно только прочувствовать. В таком случае пустые чёрные фреймы — хороший вариант, как это можно передать.
Пустое пространство идёт два разворота подряд.
Помимо этого, авторка неоднократно использует развороты с изображением окружающего пространства, что даёт возможность в большей степени погрузить читателя в ситуацию, переждать момент, дать осознать происходящее.
Ким-Жандри Кымсук, «Трава».
