Концепция
Проект «Artist’s Choice», инициированный в 1989 году куратором MoMA Кирком Варнедо (Kirk Varnedoe), представляет собой уникальную платформу, где современные художники выступают в роли кураторов, отбирая и интерпретируя произведения из музейной коллекции.
Слева — Кирк Варнедо; справа — выставка In Honor of Kirk Varnedoe, МоМА
Главный куратор MoMA (1988–2001), Варнедо переосмыслил роль музея, сделав его площадкой для диалога эпох. Бывший спортсмен (игрок и тренер в американский футбол), он начал карьеру с разоблачения подделок Родена и реабилитации «забытых» художников вроде Кайботта. В MoMA он создал революционные проекты:
Ретроспективы Твомбли, Поллока, Джонса, в которых абстракция рассматривается как новый язык;
«High and Low» (1990) — манифест о слиянии авангарда (Пикассо, Джонс) и поп-культуры (комиксы, граффити);
«Artist’s Choice» (1989) — передача кураторских полномочий живым художникам. Эта стратегия Варнедо спасла MoMA от идеологического кризиса 1980-х, превратив музей в "живой архив".
Выставка «High and Low» (1990), куратор — Кирк Варнедо
Идея проекта «Artist’s Choice» заключалась в том, чтобы раскрыть «творческий отклик художников на работы своих коллег и предшественников» как неотъемлемую часть современной художественной традиции. Серия трансформирует музей из хранилища артефактов в живой архив, где диалог между прошлым и настоящим становится инструментом переосмысления истории искусства.
Классическая кураторская практика опирается на исторические нарративы и объективность. «Artist’s Choice» бросает вызов этой парадигме, передавая право интерпретации самим творцам. Художники здесь — соавторы музейного пространства. Их выбор диктуется личными мифологиями, творческими поисками или полемикой с каноном. Например, Скотт Бёртон через работы Бранкузи исследовал границу между скульптурой и функциональным объектом, а Джон Балдессари деконструировал шедевры, создавая коллаж из фрагментов картин. Это не выставки-ретроспективы, а, скорее, "интеллектуальные автопортреты" — через призму чужого искусства художник раскрывает собственную поэтику.
Выставка «Artist’s Choice: Burton on Brâncuși» (1989), МоМА
Выставка «Artist’s Choice: John Baldessari» (1994), МоМА
В этом визуальном исследовании я рассмотрю большую часть проектов из серии (не все выставки были задокументированы) по следующему плану:
Субъективность как метод (Анализ смены ролей: как художники переопределяют функции музея)
Неочевидные связи (Исследование проектов, где происходит диалог художников из разных эпох)
Эксперименты с пространством и восприятием
Субъективность как метод
Выставка «Artist’s Choice: Burton on Brâncuși» (1989), МоМА
В этой главе исследуется, как субъективность художника стала инструментом деконструкции музейных догм, а кураторство — формой художественного высказывания.
Проект «Burton on Brâncuși» (1989) — первая выставка серии «Artist’s Choice» — стал манифестом новой философии музея. Ее значимость не в научной ревизии наследия Бранкузи, а в демонстрации того, как субъективность художника пересобирает историю искусства.
Скот Бёртон. Pair of Rock Chairs, 1980–1981 гг.
Бёртон подошел к коллекции MoMA не как искусствовед, а как скульптор, одержимый функциональностью. Его собственные работы — гибриды мебели и минималистской скульптуры (например, Pair of Rock Chairs, 1980 – 1981) — стали ключом к прочтению Бранкузи. Вопреки канону, видевшему в румынском художнике «отца абстракции», Бёртон заявил, что в своей практике Бранкузи "радикально отверг различие между скульптурой и другими созданными им объектами — столами, базами, архитектурными элементами».
Бёртон намеренно вывел на первый план то, что музей маргинализировал — «скульптуры-приближающейся-к-мебели» и вспомогательные артефакты.
Выставка «Artist’s Choice: Burton on Brâncuși» (1989), МоМА (слева — объекты Бранкузи, справа — объекты Бёртона)
Бёртон не открыл «нового Бранкузи» — он создал своего Бранкузи, используя музей как медиум. Его проект воплотил кредо Варнедо: художник может оспорить академические догмы через интимный диалог с предшественником. Выбор Бёртона не был «истиной» — это был автопортрет через чужое искусство.
Выставив в саду MoMA собственные скульптуры-скамьи параллельно с работами Бранкузи, Бёртон стер грань между куратором и художником, коллекцией и современностью. Это стало моделью для будущих участников. Например, для Элизабет Мюррей, которая включила свою работу A Mirror (1963) в экспозицию выставки «Artist’s Choice: Elizabeth Murray».
Выставка «Artist’s Choice: Elizabeth Murray» (1995), МоМА
Выставка «Artist’s Choice: Elizabeth Murray» (1995) стала радикальным жестом пересборки канона MoMA через призму гендерного опыта. Ее кураторский подход — не просто «тематическая подборка», а сознательное встраивание личной биографии в музейную историю. Ее выбор — более 100 работ 70 художниц с 1914 по 1973 гг. (Фрида Кало, Любовь Попова, Ли Бонтеку, Агнес Мартин) — был манифестом против «слепоты» модернистского нарратива.
Выставка «Artist’s Choice: Elizabeth Murray» (1995), МоМА
В своем проекте «Artist’s Choice: John Baldessari» Балдессари формирует выставку как пространство для диалога между оригиналами и его коллажем. Балдессари осуществляет выбор из музейного собрания, опираясь на детали произведений, которые привлекают его внимание именно в силу их визуальной и концептуальной неоднозначности. Такой подход иллюстрирует идею субъективности как метода, в основе которого лежит не объективная систематизация или канонизация, а индивидуальная чувственность и ассоциативное мышление. Отбор элементов — бананов из картины Де Кирико, рта из работы де Кунинга, фрагмента травы из полотна Уайета — демонстрирует, как субъективное восприятие художника трансформирует классические произведения, выявляя в них ранее не замеченные смыслы и визуальные потенциалы.
Выставка «Artist’s Choice: John Baldessari» (1994), МоМА
Выставка «Artist’s Choice: John Baldessari» (1994), МоМА (внизу лежат копии работ, из которых вырезаны элементы для коллажа Балдессари)
Проект Балдессари также иллюстрирует идею о том, что современное искусство развивается не по линейной модели, а через гибридизацию и мутации, порождаемые индивидуальными художественными практиками. В этом контексте субъективность художника выступает как фактор, обеспечивающий динамичное развитие художественного поля.
Неочевидные связи
Если проект Балдессари доказал, что субъективность художника взламывает музейные коды, порождая новые гибридные формы, то вторая глава "Неочевидные связи" исследует следствие этого процесса: как индивидуальный выбор художника-куратора создает непредсказуемые диалоги сквозь время.
Выставка «Artist’s Choice: Charles White — Leonardo da Vinci» (2018), МоМА
