РУБРИКАТОР
- Концепция
- Маски Марселя Янко
- Конструирование нового лица в коллаже Ханны Хёх
- Образ ритуальной маски в творчестве Пикассо
- Вывод
- Библиография
- Источники изображений
КОНЦЕПЦИЯ
С самого начала человеческой цивилизации роль маски определялась в зависимости от социальных, исторических, психологических и культурологических факторов. Маска является способом материального воплощения религиозных верований и мифологических представлений, существующих в сознании носителей практически каждой культуры мира.
Ритуальная африканская маска народности Пенде, Конго. 19-20 в.
Впервые маски стали использовать в ритуальной практике, где они часто служили для связи мира духовного с реальным. Например, у африканских племен маски задействовали в церемониях, направленных на почитание ушедших в загробный мир предков, духов природы, для инаугурации нового вождя, для защиты от злых сил и так далее. Маски могли символизировать переходные состояния, такие как рождение или смерть. Во многих культурах огромную важность имело создание посмертной маски, которая выполняла функцию сохранения памяти о внешнем облике покойника.
Ритуальная африканская маска народности Леги, Конго. 19-20 в.
Стоит упомянуть, что в театральной среде маска приобрела еще одно особое значение — в Древней Греции этот предмет использовался для упрощения передачи эмоций и характеров персонажей на сцене перед большой публикой, позволяя актерам преображаться и на короткий промежуток времени и становиться кем-то другим. Маска была неким преувеличением и четко делила действующие лица по категориям, заранее влияя на отношение зрителя к тому или иному персонажу.
Ритуальные маски народности Бамилеке, Камерун. 17-19 в.
Маска формирует новую модель поведения, ведь ее надевают для того, чтобы скрыться, освободиться от установок, от прошлого, перестать соответствовать ожиданиям окружающих. Следовательно, маска мыслится как «Я», не имеющее отношение к «Я». Подобная интерпретация маски нашла большой отклик среди художников начала 20 века. В условиях формирования репрессивной культуры, они пытались сбежать от излишне рационализированной реальности. Художники искали способы «поменять» свою идентичность через немногие доступные им средства.
«Черное и белое», Ман Рей. 1926 г.
Творчество модернизма, в попытке установить связь с духовным миром, обращается к первобытному ритуалу, наполняя его тем же смыслом, что и древние люди много веков назад. В условиях постепенной дегуманизации искусства и нарастающего господства бездушных механизмов, художники ищут свое «Я», конструируя его заново.
В визуальном исследовании речь пойдет о влиянии феномена маски на искусство иррационального модернизма, где маска — артефакт, который отражает сложную связь между первобытным архаическим ритуалом и обращением к бессознательному в условиях Европы начала 20 века. Цель исследования — проанализировать творчество дадаистов и сюрреалистов, чтобы найти схожие элементы в использовании маски в разные исторические периоды. Для выполнения сравнения будут использоваться фотографии, коллажи, картины и изображения непосредственно созданных материальных объектов.
МАСКИ МАРСЕЛЯ ЯНКО
Марсель Янко — художник еврейского и румынского происхождения, стоявший у самых истоков зарождения дадаизма. В годы кровопролитной Первой мировой войны, поглотившей Европу в начале 20 века, он оказался в месте, ставшем центром авангардного движения Цюриха — в «Кабаре Вольтер». Именно там Янко познакомился с людьми, разделяющими его творческие взгляды. Вместе с Тристаном Тцара, Хуго Баллем, Хансом Арпом, и другими деятелям движения, Марсель Янко поставил цель создать новое искусство, которое отвергает прислуживание эстетическим вкусам буржуазии.
Танцующая Софи Тойбер-Арп в маске, сделанной М.Янко для перформанса, подготовленного к открытию Галереи Дада. 1917 г. / «Кабаре Вольтер», Марсель Янко. 1916 г.
Маски, костюмы и сценические реквизиты Марселя Янко стали наиболее значимым вкладом художника в перформансы дадаистов. Для их создания использовались простые и легкодоступные материалы — мешковина, бумага, веревки, картон, гуашь.
Одна из самых известных работ — «Портрет Тристана Тцара». В процессе создания художник не сдерживается и позволяет картону заламываться, а полотну распускаться, формируя выразительную, естественную небрежность. Так, свисающий кусок веревки напоминает о ремешке монокля Тцара. Удлиненное лицо, которое формирует перевернутый треугольник, и асимметрия глаз, подчеркивают влияние африканских ритуальных масок.
Маска «Портрет Т.Тцара», Марсель Янко. 1919 г. / Африканская ритуальная маска культуры Бете, Кот-д’Ивуар. конец 19 в. — начало 20 в.
Несмотря на то, что обращение европейских художников к пластическому языку африканского искусства чаще всего лишено какого-либо понимания контекста и значения, нельзя отвергать важность его роли в формировании особой уникальности авангардного стиля.
Маска для перфоманса, Марсель Янко. 1919 г. / Африканская ритуальная маска культуры Гребо, Кот-д’Ивуар. 19 в.
Работы Марселя Янко не являются бездумной копией масок народов Африки. Каждая его маска обретает статус оригинального творения, которое лишь опирается на формальные характеристики африканских прототипов, заимствуя некоторые отдельные элементы. Подобное обращение дадаистов в сторону творчества африканских народов необходимо понимать в контексте всеобщего крайне проблематичного «примитивизма» и тяги к «экзотики» начала 20 века, подпитываемого колониальной историей Европы.
Маска для перфоманса, Марсель Янко. 1919 г. / Африканская маска Джи гла народа Ве, Кот-д’Ивуар. 20 в.
Еще одним источником вдохновения для Марселя Янко, по мнению некоторых исследователей истории искусств, могли послужить маски, которые носили колядующие на его родине – в румынских деревнях. В некоторых работах находят отголоски швейцарских карнавальных масок из города Леченлюке.
Маска для перфоманса, Марсель Янко. 1918 г. / Маска из Леченлюке, Швейцария. 19 в. / Маска для перфоманса, Марсель Янко. 1918 г. / Румынская маска, Музей Бухареста. 20 век.
КОНСТРУИРОВАНИЕ НОВОГО ЛИЦА В КОЛЛАЖЕ ХАННЫ ХЁХ
Ханна Хёх - яркая фигура берлинского дадаизма, особенно преуспевшая в области коллажа и фотомонтажа. В своих работах она собирала "несоединимое в соединимое", создавая необычные и уникальные сюжеты из газетных вырезок, фотографий, обрывков журналов.
«Ханна и ее ножницы» (деталь), Ханна Хёх. 1925–1935 гг.
Лица на работах Хёх чаще всего созданы из множества разных составляющих: глаза могут быть от фарфоровой куклы, нос — от картины эпохи Возрождения, а улыбка — из обычной газетной рекламы. В такой многогранности элементов лица начинают отрываться от силуэта и мыслиться как надетые поверх маски.
«Индийская танцовщица: из этнографического музея», Ханна Хёх. 1930 г. / Ритуальная маска народности Бамилеке, Камерун. Фото 1945 г.
